Лишь верный сторожевой пес и благородный рыцарь печального образа продолжали храпеть, как будто ничего не случилось. И то дело – ночью нужно спать, а не людей криками баламутить.

    Со второй попытки подпалив кресалом намотанную на булаву портянку, былинный богатырь худо-бедно осветил место происшествия.

    Что-то небольшое, приподнимая плотную ткань, целеустремленно движется в моем направлении.

    – Посвети! – Добрыня передал мне факел, а сам острием меча отбросил войлочное покрывало в сторону.

    Под ним, приминая пожухлую траву, с натугой пятится задом наперед темно-зеленый рак. Весьма крупный, но совершенно неопасный. Разве что синяк останется на пальце после знакомства с его клешнями.

    – Откуда он взялся? – вполне закономерно поинтересовался я.

    – Из ручейка выполз,- предположила Леля, предпочитая участвовать в общественной жизни нашего лагеря, не покидая нагретого места.- Вот только куда он так спешит?

    А рак тем временем, двигаясь строго в указанном его внутренним биологическим компасом направлении, пятился к гигантской голове спящего Святогора-богатыря. Непрестанно клацающие клешни угрожающе подняты вверх, обломанные на концах усы нервно подергиваются, бусинки черных глаз настороженно прыгают из стороны в сторону, мокрый и от этого почти черный панцирь отражает крохотную луну.

    – А чем это вы тут занимались? – Леля решительно выбралась из-под одеяла, решив, что чем она ближе, тем труднее игнорировать ее вопросы. Обняв Ламииру за талию, она почему-то требовательно посмотрела на меня.

    Ливия только фыркнула и, отвернувшись, накрылась с головой.

    Я непонятно почему почувствовал неловкость и лишь пожал плечами.

    – Разговаривали,- нехотя призналась блондинка.

    А санитар местного водоема тем временем дополз до скрытого под толстым слоем дерна шлема Святогора и принялся настойчиво вскарабкиваться вверх по нему, помогая себе клешнями и хвостом.

    – Может, я чего-то запамятован,- произнес я,- поправьте меня, если я ошибаюсь, но это ведь не типичное поведение раков, да?

    – Пускай себе,-отмахнулся Добрыня. -Может, нужда заставила… они существа смирные, полезные.

    – По нужде так далеко лезть не нужно.

    – Санитары речные,- поддакнула Ламиира.

    – И к пиву – вещь,- добавил я.

    Храпящий идальго Ламанчский в знак согласия пустил свистящую трель и перевернулся на другой бок.

    Не обращая внимания на наши рассуждения, рак медленно, но верно забрался на самую верхушку живого, а полувеком ранее еще и подвижного холма и принялся крутиться на месте, шевеля антеннами-усами, а клешнями изобразив «крутую распальцовку».

    – Альпинист-любитель,- выдала очередную версию происходящего Ламиира, полностью оправившись от испуга.- Тренируется перед восхождением на Эверест.

    – Экстремал.- На миг задумавшись, и я внес свою лепту в беседу.

    Рак замер на самой верхней точке шлема и пронзительно засвистел.

    Отступление седьмое

    ДЕНЬ ОТКРЫТЫХ ДВЕРЕЙ В АДУ

    Каждые десять попыток пересечь Лимпопо вплавь – это дополнительно выкормленные три-четыре новых чемодана или десяток модных штиблет из крокодиловой кожи.

    Экономическое обоснование целесообразности глупости

    Как и всегда с незапамятных времен, этот день для Сатаны Первого, Единственного и Неповторимого (своего рода уникум!) был днем сплошных неприятных неожиданностей.