Восполнившись после медитации вселенской гармонией, я отправился писать речь. Точнее, попробовал. Ведь на крыльце меня ждал пьяный в дымину Винокуров. Врач вышел покурить и все пытался зажечь спички. Они ломались одна за другой. Вселенская гармония вздрогнула и попыталась сбежать — врач был в белом халате, на ухе висела маска. Значит, на смене.. Огромным усилием я удержал гармонию в себе.

— Александр Николаевич, что с вами?!

— Ой, прошу пардону!

Винокуров икнул. Доктор сфокусировал на мне свой взгляд:

— Женя! То есть Ваш сиясс... Мои поздравления! Целый князь! Нет, ну надо же...

Тут гармония окончательно покинула меня и я начал орать.

— Пьяным на смену!? Сейчас же сдать всех пациентов и вон отсюда! Простым штрафом у меня не отделаетесь!

На крики из окон начали выглядывать врачи, на крыльце появился бледный Моровский. Увидев состояние Винокурова, он ахнул, начал пытаться затащить доктора в корпус, но тот ловко вырывал руки. Одним из обратных движений внезапно прилетело и мне в голову. Точнее прилетело бы, если бы я не поставил блок. Только вот за этим отмахиванием, Винокуров оступился, упал прямо на меня, стоящего на ступеньку ниже. Я перебросил пьяное тело через себя, доктор упал в пыль. Санитарки, внезапно появившиеся в окнах, охнули. Были бы сейчас смартфоны — завтра видео, как лауреат премии Уоррена валяет пьяницу в пыли, уже было бы на Ютьюбе.

Винокуров очень быстро вскочил, грязно выругался.

— Вацлав Адамович! Господина Винокурова перевести на месяц в санитары! На два. А вам штраф.

— Он... был трезв на утреннем обходе. Потом получил какую-то срочную телеграмму, попросил отлучиться...

— Вот и наотлучался. В нем литр белой сидит. А то и больше. Устройте ему промывание.

Краем глаза я заметил, что в мою голову летит кулак, присел под нем. Винокурова развернуло, потом еще раз. Наконец, он остановился, посмотрел на меня, как бык на красную тряпку:

— Сатра-апы... Отольются вам наши страдания.

Фантасмагория нарастала. Нет, ну что за семейка? Сначала Винокуров-младший мне делает нервы. Теперь еще и старший пошел в разнос. А ведь был таким спокойным, рассудительным.

— Какие страдания?

— Да что говорить с ним, пьяным. Я сейчас уведу его в процедурную, — Моровский протиснулся мимо меня, спустился по ступенькам.

— Что смотрите? На варьете пришли?? — накинулся я на любопытных санитарок, по-прежнему торчащих в окнах — Сбегайте кто-нибудь, позовите Жигана!

Зрителей заметно поубавилось.

Не дожидаясь появления безопасника, я закончил свое участие в этом шоу, зашел в здание. Нет, до чего же погано! Все настроение насмарку. И как теперь писать поздравительную речь??

Глава 24

ПЕТЕРБУРГЪ. По всеподданѣйшему докладу министра внутреннихъ дѣлъ, Государь Императоръ Высочайше повелеть соизволилъ: объявить строгiй выговоръ помощнику московскаго оберъ-полицмейстера, числящемуся по полевой конной артиллерiи, полковнику Рудневу и состоящимъ по армейской кавалерiи: полицмейстеру московской городской полицiи полковнику барону Будбергу и чиновнику особыхъ порученiй при московскомъ оберъ-полицмейстерѣ подполковнику Померанцеву за упущѣнiя по службѣ, обнаруженныя слѣдствiемъ по дѣлу о несчастномъ событiи 18-го мая сего года въ Москвѣ, на Ходынскомъ полѣ.

ЛОНДОНЪ. Вотъ уже третiй разъ, что англiйское правительство откладываетъ билль объ охраненiи жизни углекоповъ. Съ 1851 года убито 49,261, а изувѣчено всего 4,500,000.