– Вы знали? – тихо, чтобы слышала только Аллегра, спросил Джефф, когда его посадили рядом с ней. На его волосах блестели дождевые капли, он показался Аллегре еще красивее, чем раньше.

– Конечно, нет! – В глазах Аллегры отразились все чувства, которые она пыталась побороть.

Джеффу стоило немалых усилий сдержаться, не привлечь ее к себе и не поцеловать при всех.

– Признавайтесь, вы нарочно это подстроили? – Он поддразнивал Аллегру и наслаждался этим. – Не стесняйтесь, скажите правду.

Аллегра метнула на него уничтожающий взгляд, Джефф засмеялся, наклонился к ней и все‑таки поцеловал в щеку, потом пошел налить себе виски с содовой. Вернулся он очень быстро, снова сел рядом с Аллегрой, и некоторое время они чинно беседовали. Затем к ним присоединился Джейсон Хэйвертон. Писатель был доволен заключенной сделкой, сомнения, которые у него были по поводу экранизации одной из его книг, полностью рассеялись – в основном благодаря стараниям Аллегры.

– Мисс Стейнберг – просто чудо! – с восхищением сказал маститый писатель своему молодому собрату по перу, когда Аллегра отошла перемолвиться парой слов с хозяином. – Мало того что она великолепный адвокат, так еще и красавица. – Потягивая джин с тоником, писатель продолжал восторгаться Аллегрой.

С улыбкой послушав его, Джефф сообщил:

– Я только что ее нанял.

– О, она отлично позаботится о ваших интересах, – заверил Хэйвертон.

– Надеюсь, – с чувством произнес Джефф.

Вэто время вернуласьАллегра.

Вечер оказался интересным для всех собравшихся, а для Аллегры это было лучшее завершение ее поездки в Ныо‑Йорк. Когда гости начали расходиться, Джефф и Аллегра надели пальто одновременно и вместе вышли. Она отказалась от своих попыток удерживать его на расстоянии, и теперь ей казалось самым естественным на свете делом быть с ним рядом. Джефф был очень доволен, что они уходят вместе, он держался гордо и немного покровительственно.

– Не хотите зайти куда‑нибудь выпить? – невинно поинтересовался он. – Конечно, если вы мне доверяете. – В его взгляде светились любовь и нежность.

Двери лифта открылись, Аллегра и Джефф зашли в кабину вместе.

– Дело не в вас, вам я всегда доверяю, – улыбнулась она, – дело скорее во мне.

– Думаю, дело в нас обоих. Не хотите ненадолго заглянуть ко мне, точнее, на квартиру моей матери? Это недалеко отсюда, всего в трех кварталах. Обещаю быть пай‑мальчиком. А если я начну выходить за рамки, вы в любой момент можете уйти.

Аллегра рассмеялась над его мерами предосторожности.

– Вам не кажется, что это звучит опасно? Но надеюсь, нам обоим удастся совладать с собой, правда?

Однако, положа руку на сердце, ни один из них не был в этом уверен. Джефф раскрыл большой черный зонт, Аллегра взяла его под руку, и они пошли по Пятой авеню к дому, где находилась квартира его матери.

Дул пронизывающий ветер. Когда они входили в дом, порыв ветра буквально швырнул Аллегру на Джеффа. Здание весьма походило на то, в котором жил Вейсман, – на каждом этаже по одной квартире, и в каждом случае лифт останавливается в частном вестибюле. Само здание было невелико, квартиры в нем были поменьше, чем апартаменты Вейсмана, но отличались хорошей планировкой и имели великолепный вид из окон, да и сам дом был красив и очень респектабелен.

На этаже, где находилась квартира матери Джеффа, вестибюль был отделан черным и белым мрамором. В центре стояли небольшой столик и стул – антикварные вещицы, купленные на аукционе «Кристи». В самой квартире была представлена внушительная коллекция английского антиквариата.