- Послать я кого хошь могу, и далеко. Только этот пойдёт по указанному адресу не один, а со своим фрегатом, - ответила Галка. И обратилась к мужу: - Джек, когда он явится, оставь нас одних минут на пять.

     - Будешь его отшивать? - криво усмехнулся Джеймс, потягиваясь. - Давно пора.

     Минут через пять шлюпка с "Ле Арди" пришвартовалась к флагману, и на борт пожаловал шевалье де Граммон собственной персоной. В который уже раз за эти четыре дня. Если в Версале он не рисковал конкурировать с самим королём, то сейчас будто навёрстывал упущенное, решив наконец штурмовать крепость по имени Алина-Воробушек. Его не смущали даже присутствие Джеймса и кривые усмешки братвы. Его вообще ничего не смущало. А от применения силы удерживало, пожалуй, лишь одно: Галкина репутация непредсказуемо опасной дамы... Шевалье кивком поприветствовал супругов Эшби, встретивших его на квартердеке.

     - Твои матросы, должно быть, устали возить тебя туда-сюда, - весело прокомментировала Галка его появление. Краем глаза она видела, как гребцы поднялись на борт и присоединились к матросам "Гардарики", игравшим в кости на днище бочки. Игра на ценности здесь была запрещена, потому играли на вахты. Но раз парни не остались в шлюпке, значит, шевалье тут надолго.

     - Я на "Ле Арди" сдохну от скуки, - признался Граммон, тут же усаживаясь на планшир и обмахиваясь шляпой. - Здесь хоть есть образованные люди, с которыми можно словом перемолвиться.

     - Предлагай тему, - Галка закрыла записную книжку и сунула в карман.

     - Веракрус.

     - Заманчиво, - согласился Джеймс. - Особенно после восстания индейцев Юкатана.

     - Вот именно, - хмыкнул Граммон, беспардонно раздевая взглядом его жёнушку, отчего Эшби еле поборол искушение чуток подтолкнуть его. Падать тут невысоко, не расшибётся небось. Но хотя бы вымоется и малость поостынет. - Богатенькие доны сейчас сбегаются под защиту этой крепости, самое время будет их там навестить. К тому же - я абсолютно уверен - там скопилось много золота и серебра. Ты ведь, Воробушек, так дело поставила, что они полных два года вообще не отправляли слитки в Испанию. Боялись, что ты уведёшь у них эти грузы, как увела пару конвоев с зерном.

     - Испанцы не идиоты, они наверняка знают, что мы ушли в Европу, - Галка упорно делала вид, будто не замечает наглых взглядов шевалье.

     - Ха! Будто ты не в курсе, как они умеют зады чесать, когда действовать надо! - Граммон темпераментно взмахнул шляпой. - Пока они узнали, что мы вышли из Сен-Доменга, пока до них дошли слухи, что нас видели у Гибралтара, пока проснулись и начали собирать лоханки со всего Мэйна!.. Спорю, они сейчас ещё даже якоря не подняли.

     - Идея дельная, - усмехнулась Галка. - Ведь если верить нашим примерным подсчётам, за два года доны могли накопить слитков и камушков на сумму от восьмидесяти до ста двадцати миллионов песо... Ага... - она вдруг оживилась, словно ей в голову пришла какая-то очень интересная мысль. - Вот оно что... Нет, это не просто дельная идея - это отличная идея, шевалье!

     - Знаешь, Воробушек, я бы предпочёл, чтобы ты называла меня по имени, - не преминул уточнить Граммон.

     - Шевалье, вам не кажется, что вы преступаете границы дозволенного? - окрысился Джеймс.

     - А вам не кажется, сэр, что вы чрезмерно горячи для англичанина? - Граммон вообще никогда за словом в карман не лез, и только потому до сих пор остался жив, что был отличным фехтовальщиком.

     - Дружочек, ещё слово - и я тебя за борт выкину, - удивительно спокойным тоном сказала ему Галка.