– Человек, который посмел разрешить людям племени иллибад спуститься с гор, чтобы они его защищали, – такой человек способен на все. Если эта девушка – его последовательница, значит, у нее не все в порядке с головой. С нее надо не спускать глаз.

И едва только через стеклянную дверь они вошли в главное здание аэровокзала, Джоулин издала дикий вопль и вырвалась из рук Римо. Публика обернулась на крик, чтобы узнать, в чем дело. Они увидели девушку в розовом, которая на полной скорости пронеслась по залу и, добежав до мраморной колонны, обняла ее обеими руками и принялась осыпать поцелуями.

– Слушай, Чиун, это уже совсем глупо, – растерялся Римо.

– Это твоя проблема. Я желаю только одного: попасть на подводное судно и вернуться в Синанджу, и чтобы твои фокусы не помешали мне это сделать.

– Ты сам решил не ехать туда, – возразил Римо, рассматривая спину Джоулин – девушка все еще продолжала страстно целовать колонну.

– Только потому, что надо было исполнить долг, а теперь долг исполнен, и я хочу поехать домой. Если бы в этой стране жили порядочные люди, которые держат свои обещания, мне бы не пришлось испытать чувство обиды, как сейчас, поскольку...

– Верно, верно, верно, верно, – оборвал его разглагольствования Римо.

Он покинул Чиуна и пошел за Джоулин Сноуи. Она уже полностью удовлетворила свою страсть к одной колонне и теперь обнимала следующую. Римо разглядел, что именно она так обильно смачивает слюной. К колонне была приклеена листовка, изображающая Шрилу Гупту Махеша Дора. Римо покачал головой. Шрила был похож на толстую коричневую жабу. Коричневая жаба с растительностью под носом, которой никак не удается стать усами.

Подойдя вплотную к Джоулин, он услышал, как она лепечет:

– О, небесное блаженство! О, совершеннейший Великий Владыка! – Каждое слово сопровождалось смачным чмоканьем. – Твоя раба снова ожидает тебя, открыв для тебя свое тело – чистое поле, которое ты можешь вспахать по своему желанию.

– Не говори непристойности, – сделал ей замечание Римо и, обхватив за талию, оторвал от колонны.

– Не обращай в непристойность то, что на самом деле чисто, духовно и прекрасно. Я – служанка Владыки.

– Он похож на похотливого старичка, – заметил Римо. – Но нет – и на это не потянет. Так и останется сексуально озабоченным недоростком с пухом на губе.

Тут к ним подошел Чиун, и Римо повел Джоулин Сноуи по направлению к выходу из аэровокзала.

– Он совершенный Владыка! – визгливо кричала она. – Он блаженство! Он мир и любовь для тех, кто искренне любит его. Я была среди избранных!

Она продолжала свой кошачий концерт и в такси, пока Римо пытался прокричать шоферу адрес.

– Он блаженство! Он красота! Он сила!

– Она свихнулась, – сказал Римо шоферу. – Отвезите нас поскорее в город. Я скажу, куда конкретно, когда она выдохнется.

Но Джоулин не унималась.

– Он блаженство! Он совершенство! Он мир и любовь! – вопила она.

– Шеф, останови ка здесь, – сказал Римо.

Машина остановилась у обочины. Римо перегнулся через спинку переднего сиденья, чтобы шофер мог его слышать.

– Тебя этот шум не нервирует? – громко спросил Римо.

Шофер кивнул.

– Это твоя младшая сестренка или кто? – прокричал он в ответ.

Римо отрицательно покачал головой, сунул руку в карман и достал пятидесятидолларовую бумажку.

– Возьми, – сказал он, протягивая деньги шоферу. – Это тебе плата вперед и чаевые. А пока не хочешь ли прогуляться вон до того кафе и выпить чашечку кофе? Дай мне пять минут.

Шофер развернулся на сиденье и внимательно посмотрел на Римо.