Вэй тихо хмыкнул, любуясь лесом, окрашенным серебристым светом луны. Ему нравились его жизнь и его бесконечный труд, нравилась сама идея служения не каким-то отдельным людям, а идее помощи человечеству на его пути выживания и самосовершенствования. А потому сейчас он был в не слишком хорошем настроении из-за того, что ему пришлось отвлечься на куда более приземлённое дело по просьбе настоятеля своего храма, хотя то и вызывало его любопытство.

Вэй прибыл в стены монастыря Небесного Водопада для отдыха недели три назад, совершив большой круг по северным провинциям, который занял у него почти два года. Находясь на пятой ступени Небесной Лестницы Воды он бы при нужде мог оббежать и всё королевство куда быстрее, но странствующий монах должен именно странствовать и помогать людям, а не носиться туда-сюда, как угорелый. Но вместо привычного отдыха, медитаций рядом с водопадом, который дал монастырю название, укреплению своего духа и тела перед новым странствием, а также приобщению к мудрости старших товарищей, ему пришлось вновь отправиться в путь.

Когда настоятель Хэймэ вызвал его к себе, удостоив тем самым личной аудиенции. Монах обрадовался и ждал похвалы, которую даже получил за свои труды, но кроме неё главный духовный наставник произнёс роковую фразу:

— У меня будет к тебе несколько необычная просьба, Вэй.

— Я сделаю всё, что в моих силах, — с достоинством поклонился на это монах.

— Тебе следует отправиться из стен монастыря и встретить караван ремесленников. Ты должен будешь прибыть с ним в поселение на границе со Смертолесьем и остаться там на некоторое время, держа глаза и уши открытыми. Было бы совсем идеально, если бы ты смог стать уважаемым там человеком, к чьим советам прислушиваются.

— Могу ли я узнать, зачем это необходимо? — задал вопрос монах, слегка опешив.

О том, что некоторые его братья занимаются не только своими прямыми обязанностями, он, разумеется знал. Сам Вэй предпочитал служить в странствиях, но некоторые его коллеги порой на годы или даже десятилетия останавливались в крупных городах. Ведь город — это всегда большое скопление людей, которых тоже следует лечить и наставлять, а при нужде изгонять злых духов, которые оказываются привлечены негативными эмоциями, сконцентрированными в одном месте. Нередко такие монахи становятся вхожи в дома знати, как благодаря искусству врачевания, так и из-за а своего умения отделять правду от лжи. Храмы не вмешиваются в политику, но по мере сил держат руку на её пульсе, а также принимают пожертвования, которые идут на обучение и снаряжение новых членов орденов, вроде посохов из небесного дуба.

Только вот сам Вэй предпочитал именно странствовать, а кроме того не очень одобрял то, что некоторые его собратья уделяют куда больше внимания знатным или богатым людям, нежели простым. А ещё твердо знал, что шпион он паршивый и сможет вызнать разве что то, что увидит своими глазами, или то, что ему расскажут по доброте душевной.

— Это довольно занимательная история, брат Вэй, — усмехнулся настоятель. — Доводилось ли тебе слышать о братстве охотников Смертолесья, что презрели свои титулы ради бесконечных схваток с небесными зверьми и защиты людей?

— Мне рассказывали нечто подобное, но я не придал этому значения. Среди крестьян ходит множество легенд, но на поверку все они оказываются лишь словами.

— Это так, но, к моему удивлению, данная история, похоже, имеет под собой некоторые основания. Года четыре назад в Шэлтэ появились люди, начавшие продавать шкуры, клыки, когти и кости небесных зверей, а также волшебные травы из глубин северного леса.