С ним вообще всё было крайне неприятно. Устроив допрос пленных, Эфрим узнал, что у нас тут имеются в наличии два высоких гостя, но родственничек местного тэна называл их уровень где-то между шестёркой и семёркой. Потому в поход мы шли с относительно спокойной душой. Врагов, конечно, было прилично, но они должны были несколько сточиться о стены крепости, нас же было немало, и мы должны были иметь преимущество внезапного нападения. В ходе него я и Лизь должны были обезглавить войско врага, лишив его командиров и по совместительству самых сильных бойцов, тем самым подорвав боевой дух противника, а потом осталось бы просто дожать недругов. Но наше хорошее настроение продержалось только пока мы не подобрались поближе.

Вокруг лагеря осаждающих была раскинута весьма солидная сигнальная сеть, которая сама по себе должна была бы стать неприятным звоночком. Но ещё я просто почувствовал двух врагов, которые шагнули за рамки седьмой ступени. И перед нами встал один из извечных русских вопросов, а именно: что делать? Первым вариантом было отступить и сделать вид, что нас тут вообще не было. Но это было страшной порухой чести как для тэнов и наследника Сэгонда, так и для ополченцев. Они, даром что простолюдины, тоже имели к воинскому сословию самое непосредственное отношение, а стало быть имели и всех сопутствующих тараканов в головах. К тому же уже успели почувствовать себя неким благородным братством, что идёт причинять добро и наносить справедливость. В общем, мне хватило одного взгляда на полусотника, чтобы понять, что о бегстве без боя не может быть и речи, даже заикаться о нём нельзя. Вторым вариантом было попробовать вступить в переговоры. Наши войска сравнимы с осаждающими: Лизь тянет на восьмёрку, я на седьмой ступени Лестницы Ветра. В общем, если биться лоб в лоб, то даже в случае победы враг уже может смело плюнуть на все свои предыдущие планы, из-за которых самые сильные бойцы не вмешивались в осаду, какой бы ни была причина такой странной ситуации. Мы просто заберём на тот свет большую часть его войск, и всё придётся сделать выжившим восьмёркам, если они вообще выживут. Но всё снова упиралось в менталитет местных вояк — нас могли послать на три буквы просто потому, что враги тут крутые аристократы, а мы непонятные типы из задницы мира, под которых ну никак невместно прогибаться. Так себе перспективка в разрезе того, что мы утратим фактор неожиданности, когда можем его сохранить. Соответственно, оставался только удар с тыла в удачный момент.

Да, я не был восьмёркой, но вот мой молочный брат имел все шансы схарчить своего врага, а потом прийти ко мне на помощь, к тому же у нас была возможность получить помощь от менее крутых бойцов, тогда как лагерь противника был практически пуст, всё пытались штурмовать стены. В общем, пока мы бежали в атаку, план казался неплохим, а дальше начались проблемы. Земельник натурально от души саданул по площади. Мы, конечно, чего-то такого ожидали, потому и оторвались вперёд от основной массы войск, но Лизь перепрыгнул поле каменных шипов с трудом, а главное оно перекрыло часть направления атаки. Воздушник от своего дружка отстал, но не сильно. От молнии, которая улетела мне за спину, увернулись не все. Народ после двух атак закономерно решил, что наступать прямо по линии огня идея дурная и крайне вредная для здоровья. Дальше мы с ветровиком сошлись в ближнем бою, и мне стало вообще как-то не до контроля ситуации. Я чувствовал, что Лизь с землекопом носятся где-то рядом, там звучат и громоподобные удары брата, и магия земли бурлит, но не более того. Слишком высоким классом обладал противник, чтобы отвлекаться. Чуть зазеваешься и окажешься надетым на копьё, как бабочка на булавку. По большому счёту, меня спасало только то, что я с самого начала ошеломил противника натиском, не давая ему ни мгновения передышки и вынуждая взять копьё, как шест, потому что влез на неудобную для него дистанцию.