Убийство Лиды тоже стало такой ошибкой – роковой! – почтальон его явно не планировал, все произошло случайно. Ну а дальше убийца занервничал, запаниковал, попытался подставить Шалькина, Хренкова – подбросил в его куртку часы, – а потом и Максима. Это уже явный перебор! Ошибка на ошибке.

А вот Крокотова Столетов убил вполне осознанно, просто убрал ненужного свидетеля, шантажиста. Наивный сельский тракторист и не понял, в какую опасную игру ввязался! Да и ребята… Ну, что там такое? Дядя Слава почтальон! Всегда такой забавный, улыбчивый – свой. И вот вам – нате!

– Что же ты так, Максим? – отпустив Женьку, Алтуфьев с укоризной взглянул на Мезенцева. – Мог ведь и раньше мне все рассказать. Про ту же Женю…

Юноша опустил голову и, казалось, постарался вжаться в стул.

– А вообще, кое в чем вы все же молодцы! – улыбнулся Владимир Андреевич. – Нашли свидетелей, ребят, всех, кто мог что-то видеть…

– Знаете, я бы за Женькой тогда все равно пошел бы, – Макс поднял голову. – Ну, в тот сарай… Видел же, что обиделась… Да и самому любопытно было.

– Любопытно им… – отложив протокол, фыркнул Алтуфьев. – Самодеятельность это называется, вот что! Самодеятельность и самонадеянность. Прямо детский сад! Последить они решили, обыск сделать… Сыщики! Мисс Марпл и Эркюль Пуаро! Ладно, Женя – еще малолетняя, к тому же девочка, но ты-то, Максим! Выпускник, взрослый солидный парень. И такое ребячество!

– Понимаю, – шмыгнув носом, парень смущенно покраснел и развел руками. – Я поначалу просто оправдаться хотел… ну, что не крал никаких фотоаппаратов! А потом Женька с дядькой своим… Они с моей младшей сестрой одноклассницы, подружки…

– С каким еще дядькой? – перебил следователь.

– Да с дядей Федей Шалькиным…

– Шалькин – родственник Жени?

– Ну да.

Поднявшись со стула, Алтуфьев подошел к окну и взял с подоконника пачку «Памира». Вытащил сигарету, покрутил в руках, задумчиво посмотрел на проезжавший по улице грузовик ЗИС-5, принадлежащий местной пожарной охране.

Поздравляю, Владимир Андреевич! Чего же ты родственников Шалькина-то не пробил? Не всех… Женечку вот не приметил! А она, видишь, в сыщицы подалась, в мисс Марпл заигралась почти до смерти… до жуткой смерти… По твоей, между прочим, вине, пусть и косвенной! Да-а… Ребят ругаешь, а сам?

– Товарищ следователь, а мне идти можно? – тихо осведомился Мезенцев.

Владимир Андреевич резко обернулся:

– А? Ах да, иди, конечно… Удачи. Извини, сам знаешь за что. Бывает, ошиблись…

– Да ничего, – юноша задержался у выхода, одернул надетый, несмотря на жару, пиджак. – Владимир Андреевич… А можно спросить? Вот вы говорили только что… Мисс Мапл… и этот… Эркуль… Это кто такие?

– Мисс Марпл и Эркюль Пуаро?

Алтуфьев едва удержался от смеха. Ну откуда же провинции их знать? Фильмов в прокате не было, да и книг тоже.

– Есть такая писательница – Агата Кристи. Увлекательные детективы пишет.

– А-а…

– Но в вашей библиотеке ты их вряд ли найдешь, – улыбнулся следователь. – А вот если заглянешь сюда, скажем, через недельку, я тебе привезу почитать. Ну, или через Дорожкина, участкового, передам. Хочешь?

– Конечно!

В дверь осторожно постучали.

– Не заперто!

– Можно? – осторожно заглянула Женька. Этакая скромница в сером ситцевом платьице. – А можно Максиму сказать… А то мне на почту еще, за посылкой…

– Так он выходит уже, – следователь развел руками.