Призрак потерянно смотрел на него, но не нашел в себе сил даже ответить. Его лучший боец, «Молот», все еще пытался отряхнуть с себя несуществующие корни, а техник «Эфир» испуганно озирался, будто боялся, что земля снова попытается его обнять.

— Потерялись, поди? — хмыкнул старик. — Знаем мы вас, городских. Напьетесь своей заморской дряни, а потом в трех соснах блуждаете. То ли дело наш самогон! До города подбросить, нет? Не бесплатно, конечно. Солярка нынче дорогая.

* * *

В моем командном центре Алина смотрела на меня со смесью восхищения и страха.

«И снова демонстрация силы, Ваше Темнейшество, — прокомментировала ИИ. — Кажется, вы просто не можете жить без того, чтобы не напомнить всем, кто здесь царь горы».

Я сделал последний глоток чая.

— Они шумели.

Глава 14

Федеральная Служба Магической Безопасности. Кабинет старшего дознавателя Максима Кардиева.

Максим ненавидел хаос.

Это чувство было выжжено в нем с детства, с того самого дня, когда пьяный аристократ из мелкого клана, развлекаясь, потерял контроль над заклинанием и обрушил стену жилого дома. Под обломками погибли его родители. Максим выжил чудом. Он помнил все: крики, пыль, и самодовольное лицо того мага, которого, разумеется, так и не осудили. «Несчастный случай», — постановил суд. Деньги и влияние клана решили все.

С того дня Максим посвятил свою жизнь тому, чтобы поставить магию под контроль закона. Он не был гением или избранным. Все, чего он достиг, он достиг потом и кровью: стал лучшим в Академии ФСМБ, самым молодым оперативником в отделе, а теперь — самым устрашающим дознавателем, чье имя заставляло нервничать даже представителей кланов. Он презирал их — этих «бояр», псайкеров, аристократов, которые считали, что их сила и происхождение ставят их выше правил. Для Максима же закон был единственной силой, которая имела значение и он был его верным, неподкупным слугой.

Он стоял перед большой голографической доской. Она была испещрена фотографиями, отчетами, схемами связей и финансовыми транзакциями. В центре всего этого хаоса было одно лицо — спокойное, отстраненное, почти скучающее лицо Калева Воронова.

Этот случай был для Максима не просто очередным делом. Он был квинтэссенцией всего, что он ненавидел. Выскочка из разорившегося рода, который одним днем демонстрирует аномальную, неклассифицируемую силу. Который публично унижает представителя судебной власти. Ломает разум могущественного псайкера, как игрушку. Решает проблемы с чиновниками и монстрами с одинаковым, пугающим хладнокровием.

Калев Воронов был не просто преступником. Он был хаосом во плоти. Аномалией, которая угрожала разрушить тот хрупкий порядок, который Максим с таким трудом пытался поддерживать.

Его дело, которое начиналось как рутинное расследование аномального инцидента на дуэли, за несколько недель разрослось до пугающих размеров. Каждый новый отчет ложился на стол Максима, и каждый отчет добавлял новый, невозможный штрих к портрету этого человека.

Дуэль. Казино. Покупка земли. Зачистка Разлома. Четыре точки на карте, которые складывались в одну, непротиворечивую и абсолютно безумную картину.

Внезапно его терминал тихо пискнул. Пришел новый отчет с грифом «Срочно. Высший приоритет». Отдел по борьбе с клановой преступностью.

Максим открыл файл. Его глаза быстро пробежали по строкам, и лицо стало еще более мрачным.

Элитная диверсионная группа клана Мефистовых, наемники из отряда «Фантомы» во главе с легендарным Призраком, была найдена патрулем Гильдии в нескольких километрах от поместья Воронова. Все пятеро — живы, но их состояние… В отчете это описывалось как «острый психоз, вызванный неизвестным ментальным воздействием».