А Кассиан спокойно открыл книгу на закладке и продолжил чтение, словно только что не отдал распоряжения, способные определить исход грядущего противостояния.

* * *

Себастьян начал свой день, как всегда, с обхода нового особняка. В пять утра, когда «Эдем» еще дремал в предрассветной тишине, он уже совершал свой ритуал — проверку Порядка.

Он шел по безупречным коридорам, его белые перчатки скользили по идеально отполированным поверхностям обсидиановых колонн. Ни пылинки. Ни единого изъяна. Системы жизнеобеспечения гудели ровно и тихо, как сердце здорового организма. Каждая деталь интерьера находилась на своем месте.

Пока он двигался по залам, его разум погружался в размышления. Он вспоминал старое поместье Вороновых, где прослужил большую часть жизни. Там он так же ходил по коридорам, но видел совсем иное — выцветающие гобелены, трещины в стенах, медленное умирание великого рода. Это был порядок увядания, тишина музея, тишина склепа.

Теперь вокруг него был другой мир. Абсолютное совершенство. Каждая линия, каждый угол подчинялись безукоризненной логике. Для дворецкого, всю жизнь служившего Порядку, это было воплощением идеала.

Его размышления прервало появление Алины в столовой, где он контролировал сервировку завтрака. Девушка ворвалась почти в истерике, размахивая каким-то кристаллом.

— Себастьян, он сошел с ума⁈ — кричала она. — Транслятор концепций⁈ Это технология из мира фантастики! И он хочет, чтобы я собрала его за три дня из подручных материалов⁈

Себастьян, не моргнув глазом, жестом указал ей на кресло и налил чашку травяного чая. Он смотрел на неё с пониманием — бедная девочка. Гений, способный управлять энергией звезд, но её разум, привыкший к логике, не выносил неопределенности. Господин испытывал её на прочность.

— Мисс Алина, — произнес он спокойно, — у господина всегда есть план, даже если мы не в силах его постичь. Рекомендую выпить чай и сосредоточиться на поставленной задаче.

Алина всхлипнула, выпила чай и убежала. Себастьян невозмутимо продолжил проверять расстановку столового серебра.

Второе вторжение случилось в винном погребе, где он раскладывал новые бутылки из вчерашней партии. Антон «Молот» появился как разъяренный медведь.

— Себастьян! — гремел командир. — Боевые шрамы⁈ Он хочет явиться в столицу, окруженный отрядом, который выглядит как банда головорезов! Это же прямая провокация! Нас расстреляют еще на подходе!

Себастьян продолжал изучать этикетку на бутылке редкого вина, не поднимая глаз. Он видел в Антоне преданного, могучего воина, которому господин дал новую цель, но его мышление было слишком прямолинейным.

— Командир, — ответил он, аккуратно возвращая бутылку на место, — возможно, господин хочет, чтобы они видели не парад, а результат. Результат того, что бывает с врагами «Эдема». Иногда шрамы говорят громче, чем отполированные доспехи.

Антон помолчал, обдумывая слова дворецкого, и ушел менее взволнованным.

Ближе к вечеру, в своем кабинете, где Себастьян раскладывал корреспонденцию, бесшумно появился Глеб. Начальник безопасности был холоден и собран, но в его глазах читалось глубокое недоумение.

— Себастьян, — сказал он без предисловий. — Мой список закупок. Проекторы. Акустические системы. Я начальник службы безопасности или декоратор?

Себастьян взглянул на него с пониманием. «Сторожевой пес», — подумал он. Идеальный исполнитель, чей разум привык к четким протоколам. Приказ господина ломал его картину мира.

— Глеб, — ответил дворецкий, продолжая сортировать письма, — вы отвечаете за безопасность господина.