Вскоре Игорь уже сидел в таверне «Последний шанс» и слушал легенды о «Хозяине с Холмов», которые уже успели обрасти невероятными подробностями. Слушал споры Охотников о свойствах «чудо-овощей», которые, по слухам, могли исцелять раны и обострять чувства. Но больше всего его интересовали разговоры за большим угловым столом, где шумно ужинала бригада строителей. Это были люди Бориса.

Дождавшись момента, когда на стол поставили новую партию кружек, Стрельников поднялся и подошел к ним.

— Прошу прощения, что отвлекаю, мужики, — произнес он с вежливой, но уверенной улыбкой. — Я инженер из столицы, приехал подыскать надежных подрядчиков для нового проекта. Услышал в городе, что лучше вас сейчас никого нет. Разрешите угостить?

Лесть и бесплатная выпивка — два древнейших и самых надежных инструмента для развязывания языков. Борис, прораб, смерил его оценивающим взглядом, но кивнул. Стрельников сел за их стол, и вскоре, после пары кружек пива, непринужденный разговор завязался сам собой.

— Слышал, у вас там работа кипит, — начал Стрельников. — Говорят, ваш заказчик, Воронов, человек со странностями?

— Он не со странностями, — хмуро ответил Борис, отпивая пиво. — Он… требовательный. Требует порядка. Но платит так, как никто другой.

— Дело не в деньгах, Борис, ты же знаешь, — вмешался Петрович, пожилой каменщик, понизив голос. — Дело в… самом месте. Вчера мешки с цементом разгружали. Обычно, аристократы не помогают, сам знаешь. А тут мешки какими-то легкими показались мне. Мы их моментом разгрузили. Я когда первый взял, сразу почувствовал, что Хозяин нам как-то с этим помогает.

Стрельников слушал, его лицо выражало лишь вежливый интерес, но внутри него работал холодный, безжалостный аналитический механизм. Его эмпатическая магия была едва заметно активна. Он не искал ложь. Он искал страх, принуждение, следы ментального контроля, но ничего этого не было.

— А у меня колено болело, еще с армии, — вдруг добавил молодой верзила Вадим. — Я уж думал, до конца жизни мучиться буду. На стройке прихватило ходил-хромал. Он просто мимо прошел и у меня колено болеть перестало и не болит до сих пор.

— Хватит болтать, — тяжело вздохнул Борис. — Главное — работа идет. Но да, он и правда помогает, вот вчера кран забарахлил, трос заклинило. А он с холма просто посмотрел. Просто посмотрел, мужики. И кран заработал как новенький, словно его смазали.

Стрельников слушал эти истории о необъяснимых чудесах, нарушающих сами основы реальности. Он не чувствовал лжи или преувеличения. Только искреннее доверие. Эти простые, грубоватые мужчины верили в то, что говорили, до глубины души.

Он допил свой напиток и вежливо откланялся, оставив на столе деньги, достаточные для того, чтобы вся бригада пила до самого утра, вышел из шумной таверны в прохладную ночную тишину. Его гипотеза, зародившаяся еще в столице, только что получила свое первое подтверждение.

Игорь сел в свою машину, где его уже ждал помощник. «Это не просто уважение к работодателю, — подумал он, глядя на огни таверны. — Это преданность фанатиков. Он их словно обратил. Вопрос — во что?»

Глава 2

Утренний туман еще не успел рассеяться, когда я вышел в свой сад. Воздух был свежим и прохладным, наполненным ароматами влажной земли и цветов. Это было мое время — час тишины перед тем, как «Эдем» проснется и наполнится неизбежным шумом строительства и человеческой суеты.