Но глубоко внутри его грызло беспокойство. Этот человек уже не раз доказывал, что способен на невозможное. Что если он знает что-то о нестабильных Разломах, чего не знают в Гильдии?

* * *

Патриарх Алексей Волконский, глава одного из самых влиятельных столичных кланов, получил тот же доклад в своем роскошном кабинете в столице. В отличие от нервозности Гильдии, на его лице появилась усмешка, когда он дочитал последнюю страницу.

— Восемь ветеранов-изгоев, — пробормотал он, откладывая документы. — Покалеченный командир. И этот мальчишка думает, что таким количеством можно успешно зачищать разломы? Шут гороховый! Людей на убой пошлет. Даже хорошо, что это отщепенцы. Меньше проблем будет, если они там все сгинут.

Он поднялся к панорамному окну, за которым простиралась столица. У него сотни подконтрольных предприятий, тысячи людей, зависящих от его решений. Множетсво групп охотников, защищающих его интересы, а где-то в провинции какой-то выскочка собирает кучку отбросов и собирается ходить в нестабильные разломы. И официальная Гильдия называет это угрозой⁈

— Старый маразматик, — презрительно скривился Волконский.

Он активировал защищенный канал связи. На экране один за другим появились лица глав других столичных кланов — его временных союзников в борьбе против Воронова.

— Господа, — начал Алексей, не скрывая довольной усмешки, — наш провинциальный выскочка, похоже, окончательно отчаялся. Он собрал отряд из отбросов и ветеранов и теперь собирается лезть в нестабильные Разломы.

Глава клана Змеевых, Елена, даже не попыталась скрыть презрение:

— Наша блокада работает безупречно. Он задыхается без ресурсов и хватается за соломинку.

— Что ж, это даже к лучшему, — добавил представитель Медведевых. — Не придется марать руки.

Елена Змеева наклонилась ближе к камере:

— А что если они выживут? Что если найдут там что-то ценное?

— Невозможно, — отмахнулся Алексей. — Нестабильные Разломы — это хаос в чистом виде. Что там можно найти? Да они и трех шагов там не пройдут. Единственное, что он там найдет — это могилы для своих наемников.

Участники видеоконференции обменялись самодовольными взглядами. Для них создание «Стражей Эдема» было не угрозой, а признаком агонии жертвы.

— Продолжаем давление, — резюмировал Алексей. — Ужесточаем блокаду. Пусть этот Воронов лезет в свои Разломы. Через месяц от его отряда останутся только воспоминания, а его компании рухнут без поддержки.

— А если он попробует вернуться к переговорам? — спросила Змеева.

— Тогда мы продиктуем ему наши условия, — холодно ответил патриарх. — Полная капитуляция. Передача всех активов под наш контроль. Он будет благодарить нас за возможность остаться в живых.

Алексей распрощался с временными союзниками и прервал связь. Он был абсолютно уверен в победе. Столичные кланы контролировали все ключевые ресурсы, все торговые пути, все финансовые потоки. Против такой мощи один человек, каким бы сильным он ни был, выстоять не мог.

«Пусть играет в войну со своими восемью наемниками,» — думал он, возвращаясь к своему столу. «Хаос нестабильных Разломов сделает за нас всю грязную работу. А мы получим его территории и активы, оставшись при этом с чистыми руками».

* * *

Игорь Стрельников

Игорь Стрельников получил те же отчеты в своем спартанском кабинете. В отличие от бурных реакций Гильдии и столичных кланов, он спокойно внес данные в постоянно растущее досье на Калева Воронова.

Рядом с ним стоял его помощник, дознаватель Максим, кипящий от негодования.

— Он создает незаконное вооруженное формирование! — не выдержал молодой офицер.