Стрельников нажал кнопку вызова, и через минуту в кабинет вошел все еще хмурый Максим.

— Кланы считают, что Разломы уничтожат Воронова, — сказал Инквизитор без предисловий. — Но они ошибаются. Этот человек слишком умен, чтобы посылать своих людей на верную смерть. Он знает о нестабильных Разломах что-то, чего не знаем мы. Я хочу знать, что именно.

Максим выпрямился, почувствовав служебное задание.

— Ваши приказы, господин Инквизитор?

— Мне нужны глаза, — Стрельников повернулся к помощнику. — Найди среди мелких гильдий несколько отчаянных, но опытных людей. Заплати им из оперативного фонда. Их задача внедриться в группу и следить «Стражами». Может им нужны техники, другой обслуживающий персонал. Носильщики, в конце концов.

— Понял. А что конкретно нужно выяснить?

— Я хочу видеть каждый их шаг внутри Разломов. Как они выживают там, где другие гибнут. Какие маршруты используют и что добывают. И самое главное — какими методами пользуются для работы в хаосе.

Стрельников сел за стол и впился взглядом в досье Воронова.

— Этот человек готовит что-то большое, дознаватель. Создание «Стражей» — первый ход в новой игре и я намерен понять правила этой игры раньше, чем он сделает следующий ход.

Максим кивнул и направился к выходу. У двери он обернулся:

— А если «Стражи» обнаружат наблюдение?

Взгляд Стрельникова не изменился:

— Тогда мы узнаем, насколько далеко готов зайти этот Воронов в защите своих секретов. Это тоже будет ценной информацией.

Глава 14

Лаборатория Алины за последние три недели превратилась в настоящий храм технологии. Верстаки ломились от прототипов различных устройств, стены были увешаны схемами и расчетами, а воздух гудел от работы дюжины приборов, анализирующих все — от магнитных полей до пространственных искажений.

В центре всего этого контролируемого хаоса стоял ее новый шедевр, и я с удовлетворением рассматривал результат наших совместных усилий.

— Господин, — обратилась ко мне Алина с плохо скрываемой гордостью, — позвольте представить результат наших совместных изысканий.

Рядом с ней стояли Глеб и Антон, с любопытством изучая устройство размером с чемодан. Я подошел ближе, оценивая каждую деталь конструкции. Он выглядел как помесь научного прибора и магического артефакта — множество кристаллических линз моей работы, металлические антенны по чертежам Алины и голографические проекторы, объединенные в единую, элегантную систему.

— Резонансный сканер пространства, — торжественно объявила Алина. — Воплощение вашей концепции предвидения хаоса, возникающего при открытии разломов.

Я обошел устройство, проверяя соединения и калибровку. Теория была моей, но техническое исполнение целиком принадлежало Алине. И она справилась превосходно.

Антон скептически покачал головой.

— Алина, с уважением, но стандартные детекторы Гильдии работают уже десятилетиями…

— Работают как примитивные устройства, считывающие гипервсплески хаотических эманаций, — резко перебила его инженер, бросив взгляд на меня. Она знала мое мнение о гильдейских технологиях. — Они реагируют на уже открывшийся Разлом, на мощный выброс энергии, прямо как плохие пожарные, которые приезжают, когда дом уже сгорел.

— Именно, — подтвердил я. — Реактивный подход. Они сначала ждут когда разлом откроется, а потом приезжают, та как не в состоянии засечь момент его открытия, не говоря уже о более серьезных вещах.

Алина активировала устройство, и я с интересом наблюдал за его работой. В воздухе замерцали голографические волны, демонстрируя невидимые глазу флуктуации пространственной ткани в довольно большом радиусе.