Он расправил плечи — те самые плечи, которые всегда были чуть сгорблены в присутствии вышестоящего начальства, поднял подбородок и посмотрел на своё отражение твёрдым, спокойным взглядом.

Не просто одежда, — понял он, проводя рукой по лацкану пиджака. — С имвол — настоящая броня. Он говорит мне и всем остальным: я — представитель Калева Воронова — Лорда-Протектора Воронцовска и человека, который создал «Эдем». Который возродил целый горой и…

Степан Васильевич не знал, кем был Хозяин на самом деле. Откуда у него такая сила, ресурсы, такие технологии, но он знал одно — Калев Воронов был не тем, за кого его принимал губернатор Громов.

Он был не «выскочкой» и не «деревенским клоуном». Воронов был настоящей, несокрушимой силой и сегодня губернатор это поймёт.

Степан Васильевич взял свой старый, потёртый портфель и остановился, глядя на него. Нет, этот портфель больше не подходил к новому образу. Он оставил его на столе, взял только планшет с документами. Степан Васильевич выпрямился, глубоко вдохнул, выдохнул.

Готов.

Он спустился вниз, где его уже ждал дворецкий у чёрного служебного автомобиля с тонированными стёклами.

— Вы выглядите превосходно, господин мэр, — искренне сказал он, открывая заднюю дверь.

— Спасибо, — ответил Степан Васильевич, и в его голосе звучала уверенность, которой не было уже много лет.

Он сел в машину. Салон пах качественной кожей. Машина плавно тронулась, везя его на встречу с кортежем Хозяина у въезда в город.

Степан Васильевич смотрел в окно на утренний Воронцовск — чистые, ухоженные улицы, отремонтированные дома со свежей краской, цветочные клумбы на каждом углу, зелёные скверы, довольные лица людей, спешащих на работу.

Всё это сделал Калев Воронов. За несколько месяцев превратил умирающий, криминальный провинциальный городок в процветающий экономический центр.

Степан Васильевич сжал кулаки, чувствуя, как внутри снова поднимается та самая ярость, которую он испытал во время того телефонного разговора. Сегодня Виктор Павлович Громов поймёт, как чудовищно ошибался и увидит, что значит оскорблять Лорда-Протектора Воронцовска.

И Степан Васильевич будет рядом, чтобы увидеть это. Впервые он за прошедшие десятилетия не боялся вышестоящего начальства.

* * *

Кортеж прибыл в Северогорск ровно в десять утра.

Два черных седана и «Аурелиус» — строгие, элегантные, без лишних украшений, но излучающие ауру непоколебимой силы и власти. В первом ехала охрана — Стражи в безупречных чёрных костюмах, которые для постороннего глаза выглядели как обычные, хотя и очень профессиональные телохранители. В среднем — Калев Воронов и Глеб. В третьем — Степан Васильевич с ещё двумя охранниками.

Степан Васильевич сидел на заднем сиденье и смотрел в окно на приближающееся здание областной администрации. Массивное, помпезное строение в стиле ампир. Колонны, лепнина, позолота на фасаде и герб области над главным входом. Символ власти, который должен был внушать трепет и благоговение простым смертным.

Сколько раз Степан Васильевич приезжал сюда за последние годы? Десятки, а может быть, сотни и каждый раз просил, умолял, доказывал, что его городу нужна помощь и каждый раз получал вежливый отказ, обёрнутый в бюрократические формулировки или вообще не получал ничего — его просто заставляли часами ждать в приёмной, а потом отправляли домой ни с чем.

Степан Васильевич смотрел на это здание и чувствовал, как внутри шевелится старый, привычный страх перед вышестоящим начальством. Страх быть униженным. Но сегодня… сегодня всё будет по-другому.

Он провёл рукой по лацкану своего нового костюма.