На углу Мэдисон авеню и Двадцать шестой стрит таксист остановился.

— Как просили, — улыбнулся он.

Пошивалов расплатился, дав пятёрку: ни много, ни мало — в меру, чтобы таксист не слишком запоминал пассажира, если что, и вылез из машины.

Вокруг деловито шумел Манхеттен. До гостиницы, которую выбирал Кир, оставалось всего пара кварталов, и Фёдор решил пройтись пешком, и заодно осмотреться. Благо, погода, похоже, разгуливалась: в просветах грязноватых туч проглядывало голубое небо.

Он перешёл к парку Мэдисон-сквер и медленно двинулся по тротуару. Жители города как раз повалили на работу — народ и машины заполнили улицы.

Фёдор добрался до гостиницы "Бродвей Плаза", где был заказан номер на имя Эриха Шнитке, инженера из Германии. У входа Пошивалов на всякий случай достал паспорт и проверил смену режима: всё действовало, книжечка-хамелеон уже изменила вид, и теперь он держал в руках настоящий немецкий документ со всеми соответствующими штампами.

По пути Фёдор заметил пару магазинов, где следовало прикупить необходимые мелочи и одежду. Кроме того, в аптеке на Брумм-стрит надо забрать чемоданчик со снаряжением, которое не стоит лишний раз пытаться тащить через таможню.

Но это чуть позже, а пока подняться в номер, принять душ и, конечно, позвонить Антону. При этой мысли Фёдор улыбнулся, и молоденькая служащая, приветливая, не в пример таможеннице в аэропорту, тоже улыбнулась в ответ, протягивая магнитную карточку-ключ.

Шестиэтажная коробочка отеля прилепилась к паре здоровенных домов раза в четыре выше. Номер здесь был заказан за две недели, потому что в Нью-Йорке без предварительного бронирования можно иной раз побегать в поисках свободных номеров в относительно недорогих гостиницах.

— Ни хрена себе! — только и сказал, услышав об этом, Фёдор. — Это за триста-то баксов!

Однако номер на пятом этаже оказался неплохим: широкая кровать, кондиционер, минибар, утюг, фен — набор для не слишком привычного к комфорту Пошивалова был более чем достаточным. Он с наслаждением принял душ, переоделся в единственную свежую рубашку, лежавшую в сумке, бросил в широкий низкий стакан пару кубиков льда и вылил туда бутылочку «Джонни-Вокера». Подумал — и вылил ещё одну, всего-то сто грамм получилось. Присел за круглый белый столик и стал смотреть в раздвижное окно, за которым виднелось только небо в редеющих разводах туч, да вездесущие нью-йоркские высотки.

Фёдор глотнул виски и зажмурился — вспомнился вечер, когда в баре "Шерлок Холмс" к нему за стойку подсел незнакомец. Казалось, с тех пор прошла вечность, а он, Фёдор Пошивалов, бывший подполковник и бывший десантник, стал другим человеком. Правда, он теперь снова имел звание — всего лишь лейтенанта, но это было звание, ст?ящее по степени ответственности, возможно, званий всех вместе взятых земных генералов.

Фёдор теперь служил в огромном по штату подразделении, коим являлась КСИ, Контрразведка Содружества Идентичных, поскольку она охватывала все планеты, патронируемые орханами. Главной задачей этой организации являлась борьба с агентами враждебных инопланетных сил во всех возможных проявлениях.

Фёдор сделал ещё глоток — по телу поплыло приятное тепло. Надо пойти перекусить или вообще уже скоро пойти пообедать, что ли? А потом купить кое-что из одежды.

Он поймал себя на мысли, что, несмотря на то, что ждал встречи с Антоном, сейчас оттягивает момент, когда надо звонить старому другу. Кое-что его страшило, и это «что-то» явно было связано со словами Кира: Фёдор боялся проверять Антона.

"Чего ты опасаешься?" — спросил он себя.