— Маркиз, давайте так поступим. Вы мне примерно расскажете о том что важно для крепостной реформы, а потом о конституции. Ну и если время останется, то поделитесь пожалуйста идеями о том, что лучше всего внедрить нового в делах или как улучшить старое. Деньги я привёз и хоть сейчас могу отдать. А затем я поговорю с его императорским величеством и Кочубеем и мы определим день, когда встретимся. И тогда мы вопросы подготовим по конституции и крепостным. По крайней мере, поймём что можно уже сейчас начать делать для подготовки реформ.

— Хорошо, Павел Александрович, вы предложили вполне рабочий вариант. По крайней мере, лишним для осознания сложности реформ не будет. А уж если кое-какой перестройкой экономического хозяйствования заняться для подготовки этих реформ, то вообще преотлично. Я думаю, что некоторые богатые люди рады будут для себя инновации вводить, но им пример нужен, а то и поводырь. А высший свет пусть продолжает купаться в роскоши, коли им так нравится. Рано или поздно осознают, что могли бы побольше зарабатывать, если бы поменьше на балах гуляли, а побольше времени своим землям и предприятиям посвятили.

Мы достаточно плотно поработали оставшееся время, аж радостно на душе, что не пустым трёпом занимались. И до принесённых карт и планов добрались в конце.

— Ой, какой маленький Петербург у вас, почти никакой по сравнению с нашим, — искренне поделился я.

— А какой он в ваше время? Сколько людей живёт?

— Несколько миллионов население и по размеру… — я примерно обвёл пальцем, — вот такой.

Собеседники ошалели от гигантизма. Видимо они считали, что и нынешний Питер огромен, а оказался крохой-малёхой.

— Так это моя мыза выходит чуть не в самом центре? — удивился гофмаршал, — странно. На ту же Чёрную речку ездят дуэли устраивать, ибо она на отшибе, а оно вон как получается.

— И Охта у вас мало обустроена, а ведь солидный промышленный район был в будущем.

— Там и сейчас кое-что есть, даже корабли строят наподалёку. А так место пажитное, поэтому скот разводят и молоком торгуют. И ещё пороховой завод есть в трёх верстах от слободы, — Ланской оказывается знаток тех мест.

— Так может там мне своё хозяйство затеять? Выкупить земли, заплачу не скупясь. А на Неве свои причалы поставлю, чтобы снабжение обеспечить.

Блин, во я раскатал губу. Реального бабла лишь пятнадцать тысяч, а уже властелином горы мечтаю стать. Скромнее нужно быть, скромнее. И даже если сдуру миллионами обзаведусь вдруг, то всё равно годы уйдут пока удастся хоть часть задуманного построить.

— Денис Дмитриевич, если вам нужны будут добротные подрядчики или поставщики, то обращайтесь, — неожиданно предложил граф, — мы, Строгановы, из староверов и до сих пор сохранили с ними связь. Поверьте, они надёжные люди в хозяйствовании и у отца отличные связи с ними. А если вы подскажете что и где имеет смысл начать осваивать в пермских землях, то ещё и заплатят вам серьёзные деньги.

— Пусть сначала освоят, Павел Александрович, а то стыдно за тыканье пальцем в карту оплату получать. Лучше давайте подумаем, как нам с вами несколько сотен тонн песка во Франции купить, а может и тамошней глины. Место я знаю волею случая, вот и хочу воспользоваться этим.

— Чем же тот песок хорош? — естественный вопрос.

— Так с ним глина спекается в самые жаропрочные кирпичи, которые только возможны. А уж из них можно собирать жаропрочные печи, чтобы сталь варить при несусветных для сегодняшнего дня температурах.

Мартеновский уровень может и не достигнем, но всё равно качество стали серьёзно поднимется.

— Девятнадцатый век получил название века пара, стали и электричества.