Изменить размер шрифта - +
Девушка слышала давно знакомые ей звуки, которых она так долго была лишена: лай собаки, шорох деревьев, бряканье бадьи — кто-то берет воду из колодца. Здесь были открытые двери, и изнутри доносились голоса. Цыплята пищали за забором. Женщина пронзительно звала ребенка, и тот отвечал плачем. Мимо прогромыхала телега, и возница вежливо с ней поздоровался. Здесь царили мир и покой; здесь были все запахи старой деревни, которые Мэри знала и понимала. Она прошла мимо; Мэри шла к дому священника рядом с церковью. Света там не было. Дом был окутан тьмой и молчанием. Деревья сомкнулись над ним, и снова у девушки создалось то же впечатление, что и в первый раз: этот дом живет в своем собственном прошлом, и теперь он спит, ничего не зная о настоящем. Она постучала в дверь, слыша, как удары дверного молотка разносятся по пустому дому. Мэри заглянула в окна, но ее глаза не увидели ничего, кроме мягкой и неприязненной темноты.

Затем, ругая себя за глупость, она вернулась к церкви. Конечно, Фрэнсис Дейви там. Сегодня ведь воскресенье. Девушка помедлила, не зная, как поступить, и тут калитка отворилась и на дорогу вышла женщина с цветами в руках.

Она пристально посмотрела на Мэри и, увидав перед собой незнакомку, прошла бы мимо, пожелав доброй ночи, если бы Мэри не повернулась и не последовала за ней.

— Простите, — сказала она. — Я видела, как вы вышли из церкви. Скажите пожалуйста, мистер Дейви там?

— Нет, его нет, — сказала женщина, и немного помолчала: — Вы хотели его видеть?

— Мне очень нужно, — сказала Мэри. — Я была у него дома, но не могла достучаться. Вы мне не поможете?

Женщина посмотрела на нее с любопытством, потом покачала головой.

— Извините, — сказала она, — но викария нет дома. Он сегодня уехал проповедовать в другом приходе, за много миль отсюда. Сегодня он вряд ли вернется в Олтернан.

 

Глава четырнадцатая

 

Сначала Мэри не поверила.

— Нет дома? — повторила она. — Но это невозможно. Вы, наверное, ошибаетесь?

Она так надеялась, что инстинктивно отвергла внезапный и роковой удар по своим планам. Женщина обиделась; она не понимала, почему эта незнакомка сомневается в ее словах.

— Викарий отбыл из Олтернана вчера днем, — сказала она. — Он уехал верхом после обеда. Уж я-то знаю, потому что веду его хозяйство.

Должно быть, женщина увидела на лице Мэри нечто вроде мучительного разочарования, потому что смягчилась и заговорила доброжелательно.

— Если вы хотите ему что-нибудь передать, когда он вернется, то я… — начала она, но Мэри безнадежно покачала головой; сила духа и смелость мгновенно покинули ее.

— Будет слишком поздно, — сказала она в отчаянии. — Это вопрос жизни и смерти. Если мистера Дейви нет, тогда я не знаю, куда обратиться.

В глазах женщины снова блеснуло любопытство.

— Кто-нибудь заболел? — спросила она. — Я могу вам показать, где живет наш доктор. Откуда вы пришли так поздно?

Мэри не ответила. Она отчаянно искала выход из положения. Прийти в Олтернан и потом ни с чем вернуться назад в трактир «Ямайка» было невозможно. Она не могла довериться жителям деревни, да они и не поверили бы ее рассказу. Она должна найти кого-то, облеченного властью — кого-то, кто кое-что знает о Джоссе Мерлине и трактире «Ямайка».

— Где здесь поблизости живет судья? — спросила она наконец.

Женщина наморщила лоб и задумалась.

— Здесь рядом, в Олтернане, никого нет, — сказала она, поколебавшись. — Да, ближайшим будет сквайр Бассат, там, в Норт-Хилле, а это, наверное, больше четырех миль отсюда — может, больше, может, меньше.

Быстрый переход