Глава 17

Замок Муазандри был огромным сооружением из двух корпусов, имевших интересную особенность: один из них выходил на английский парк, беспорядочное очарование которого можно было лицезреть весной и летом, а другой — на регулярные аллеи французского парка. Основное здание было построено в семнадцатом веке, так же как и кирпичная голубятня и церковь, где находилось любопытное «Введение во храм», написанное учеником Филиппа де Шампеня. Замок был частично сожжен в годы революции, заставившей хозяев временно эмигрировать в Америку, и восстановлен в 1830 году дальним родственником нынешнего Луи де Муазандьера. И хотя сегодня здесь не осталось никакой старинной мебели, деревянная обшивка стен и потолки достаточно хорошо сохранились, чтобы создать у посетителя представление о замке в его лучшие времена.

Комиссара Фушру и инспектора Джемани пригласили, но не в «королевскую гостиную», где Людовик XIV, по преданию, провел две ночи, а в холодную прихожую без всяких золотых украшений. Обитые зеленым бархатом стулья стояли по обе стороны двух пузатых комодов, а несколько старых кресел окружали игральный столик перед потухшим камином. Полицейские рассматривали величественный портрет «Шарля Аманье де Муазандьера на пути в Голландию», когда появился его потомок.

У него было отдаленное сходство с портретом в верхней части лица, уверенный взгляд карих глаз и несколько высокомерный изгиб губ.

— Луи де Муазандьер, — тотчас же представился он. — Я полагаю, вы желаете поговорить с виконтом де Шареем по поводу того прискорбного случая.

— Именно так, — ответил комиссар Фушру без всякого выражения. — У нас с инспектором Джемани есть к нему несколько вопросов, касающихся событий вчерашнего дня.

Слегка поколебавшись, господин де Муазандьер обронил:

— Присаживайтесь, пожалуйста, и будьте любезны подождать. Я должен предупредить его о вашем визите. Полагаю, вас не смутит, если разговор будет происходить в присутствии адвоката?

— Ни в коей мере, — заверил его Жан-Пьер Фушру, но все же добавил: — Хотя этот визит и не является официальным. Мы всего лишь пытаемся восстановить, что вчера делала жертва. Виконт де Шарей мог бы оказать нам неоценимую помощь в качестве свидетеля, так как он близко знал мадам Бертран-Вердон.

Шарль-Луи де Муазандьер, считавший разговор оконченным, внезапно передумал и несколько резко сказал:

— Должен вас предупредить, комиссар, что виконт де Шарей буквально потрясен происшедшим, и на вашем месте я был бы очень осторожен. Ни о каком допросе не может быть и речи.

Почувствовав, что хозяин замка по-рыцарски пытается защитить интересы своего гостя, одновременно стараясь не слишком явно демонстрировать свое отношение к варварам — представителям республики, Жан-Пьер Фушру поспешил его успокоить:

— Уверяю вас, мы зададим ему только самые необходимые вопросы, мы уважаем его чувства.

Нервно поигрывая цепочкой от часов, господин де Муазандьер позволил себе добавить:

— Не стоит принимать чересчур всерьез слухи о помолвке. Конечно, Эдуард подумывал рано или поздно жениться во второй раз — в конце концов, вот уже десять лет, как Бланш нас покинула, — но слишком много обстоятельств препятствовало его браку с кем-нибудь вроде мадам Бертран-Вердон… Что бы вам ни говорили, комиссар, ничего еще не было решено. Еще вчера… — Он запнулся на секунду.