Тревога Холли рассеялась.

– Спасибо, Кали, – сказала она. – Значит, я могу стать твоей подружкой?

– Конечно, – ответил он. – Гони монету, и я буду твоим другом навсегда. – Открыв складной нож, он приставил его к горлу Холли, оттесняя ее в темное местечко. – А теперь дай мне полюбоваться на зелененькие баксы.

Холли добралась до Денвера без цента в кармане, несчастная и разочарованная. Миссия ее провалилась. Кали избрала ее для особого служения, а Холли все испортила.

– Может, я вообще ни на что не гожусь, – с горечью сказала она себе. Когда девушка входила в построенный на разных уровнях родительский особняк на окраине города, на ее глазах стояли слезы. Мать бросилась к ней со словами утешения.

– Бедная девочка, – заговорила миссис Роден. – Для нас с тобой пробил час испытаний.

– Да, уймись ты, мама. Где отец?

– Он умер. Разве ты не помнишь?

– Ах, да. Самое время для него.

– Хочешь запеченного тунца?

– Предпочла бы чего нибудь выпить.

– Хорошо, дорогая. Похороны через час. Я привела в порядок твое лучшее черное платье.

– Я не пойду на похороны.

– Дорогая, но ведь он твой отец.

– Я приехала сюда не из за каких то идиотских похорон. У меня важные дела.

– Да, дорогая. Понимаю, – сказала миссис Роден.

Холли бесцельно бродила по улицам Денвера, размышляя о таинственной миссии, доверенной ей Кали. Статуя желала, чтобы она покинула Ашрам, это несомненно, – значит, должна быть тому причина, и причина серьезная. Никто ей так и не встретился на пути. Она хотела послужить Кали, принеся той жертву, но все складывалось неудачно.

– Знак, – произнесла она вслух. – Мне нужен какой нибудь знак.

И знак был ей дан. Национальная ассоциация ссуд и сбережений горных народов торжественно отмечала свое открытие, которое ознаменовалось вооруженным нападением на банк. Грабитель выскочил из дверей банка с пистолетами наготове. Недрогнувшей рукой он выстрелил и убил полицейского, затем пальнул пару раз в толпу зевак и бросился к бежевому “линкольну”, припаркованному неподалеку. Холли стояла как раз рядом с передней дверцей. Страшно ругаясь, грабитель отбросил девушку в сторону, прямо на проезжую часть, и распахнул дверцу.

Уже забравшись в автомобиль, он, как бы что то вспомнив, обернулся и нацелил пистолет на Холли.

И тут случилось чудо. Худощавый молодой человек с широкими запястьями встал между ними. Холли как зачарованная смотрела, как перестала вдруг существовать передняя дверца. Затем руль, как по мановению волшебной палочки, закрутился на месте и полностью вошел в живот грабителя.

Повернувшись, молодой человек остановил уже начавшийся двигаться автомобиль, поставив каблук на бампер в пяти дюймах от головы лежавшей на дороге Холли.

Насаженный на руль грабитель беспомощно следил за ним, чувствуя, как его внутренности превращаются в кашу. Потом он осознал, что худощавый молодой человек, который двигался так быстро, что движения его казались смазанными, поднял его в воздух. Пролетая через улицу обратно к банку, грабитель слышал, как ветер свистит в его ушах. Он рухнул прямо посередине сбежавшихся полицейских, которые тут же прижали его к земле. Последнее, что видел грабитель в своей жизни, было отражение в зеркальной витрине мужчины, помешавшего ему бежать.

Холли лежала на мостовой, сжавшись в комочек, ее длинные волосы разметались по лицу, словно золотые водоросли.

– С вами все в порядке? – спросил Римо, нагнувшись над ней.

Взглянув в его лицо, Холли в изумлении раскрыла рот.

– Это ты? – сказала она.

– О, нет.

Выпрямившись, Римо резко отпрянул от девушки, ударившись спиной о телеграфный столб.