Они уже оделись и почти собрались выходить, когда в дверь постучал кто-то из обслуги и передал, что внизу ожидает профессор Тарсам.

Тот оказался не один, с Тантом. Ученые оживленно обсуждали что-то, заняв один из столиков на четверых, – в это время дня здесь было свободно. Когда обрывки разговора достигли чутких ушей оборотней, пара насмешливо переглянулась: конечно, речь шла о документах и перспективах исследования. Оставалось надеяться, сюда они пришли не ради лекции.

– Да, конечно! – охотно подтвердил Тарсам, когда Ларс поздоровался и задал этот вопрос. – Мы с Тантом обсуждали нашего проводника, и коллега кое-что вспомнил…

– Мне бы раньше сообразить! – сокрушенно поддержал тот. – Но с Арконом я лишь по делу общался. Оборотень-одиночка, хороший охранник, но и только, никаких общих интересов. А вот в спокойной обстановке вспомнилось… После того случая, когда мы обследовали место ритуала, он изменился. Не только тем, что всерьез увлекся Емшаном. Прежде Аркон, например, был тем еще балагуром.

– Да он и сейчас разговорчивый, – возразил Ларс.

– Так-то да, но… не так. Не знаю, как объяснить. Он вроде к Ните внимание проявил, но будто из желания позлить Ларса и поддразнить. Марису и вовсе игнорировал. И молчал всю дорогу, разве что в трактире разговорился. А раньше такие байки травил на каждой остановке, что все рты разевали! Шутил, с женщинами флиртовал. Да его от каждой юбки приходилось отгонять, и хоть отгоняли, а из чужой палатки под утро выбирался довольный! А после прошлого визита в Емшан – как отрезало. Он уже и на обратной дороге какой-то смурной был…

Нита с трудом вспомнила, что Марисой звали рыжую студентку, мимолетно задавила поднявшееся внутри раздражение от ее упоминания и заговорила о деле:

– И что это может значить?

– К сожалению, остается только гадать. Наверное, что-то случилось, пока Аркон был один. Надо поискать похожие случаи. На отравление фоном Мертвого древа не похоже, слишком разумно он себя вел. А эта способность контролировать мертвецов!.. Раньше Аркон магией не владел, это точно, сокрушался, мол, хорошо вам, магам, проще живется.

– Если получится сообразить, что с ним сталось, подскажем, – подхватил Тарсам. – Почти наверняка его проблема связана с последствиями эксперимента. Уже хотя бы потому, что все неприятности Емшана с ними связаны! Да и бумаги он брал. Мы как раз начали изучать проведенный ритуал, и у нас есть шанс понять, что именно там произошло и пошло не так. Имеются план эксперимента и описание подготовительных этапов, и есть результат, к которому все привело в действительности, и по всему этому можно построить теоретическую модель. Конечно, все показатели…

– А можно по существу? – поморщившись, оборвал его Ларс. – Сколько времени займет работа?

– Неделя – на самое основное, – с готовностью ответил ученый. – Мы привлечем всех, кого можно, это прорывная работа, и она того стоит.

– Неделя, – задумчиво повторил оборотень и посмотрел на Ниту. Та нехотя кивнула: в городе ей не нравилось, но сейчас это выглядело не бегством и попыткой спрятаться, а было обоснованно. – Договорились.

* * *

– И что тут делать целую неделю?

Тарсам с Тантом допили чай и откланялись, а оборотни взяли завтрак: горячую кашу на молоке и сырники с ежевичным вареньем. Им и до этого некуда было спешить, а теперь подавно. В городе зелья не сваришь, на охоту не сбегаешь, а денег, чтобы пожить в «Золотой бабочке» в свое удовольствие, хватало у обоих.

– Можем начать со свидания, – неожиданно предложил Ларс.