Орешек в меду. Когда только Ларс купил этот кулек? Не успела прожевать, как он поднес к ее губам следующий.

– Вкусно?

Нита кивнула. Никто раньше не кормил ее сладостями. Наверное, потому, что болотной ведьме куда практичнее принести хороший кусок мяса или сыра. Она облизала липкие от меда губы, и в этот миг Ларс наклонился к ней.

– И правда вкусно, – согласился, прерывая поцелуй, и сунул кулек с орешками ей в руки. – Но дальше сама, иначе как бы наше свидание не прервалось на середине.

– Боишься не сдержаться? – хихикнула Нита.

– Стараюсь из последних сил, – признался Ларс с такой пронзительной искренностью, что ведьма не вытерпела сама.

Потянулась к нему, зарылась пальцами в короткие волосы, наплевав, что они на улице и все смотрят и обсуждают. Осуждают. Да плевать, пусть завидуют!

Как они добрались до гостиницы, Нита толком и не помнила.

* * *

– А еще по плану была прогулка на лодке, – напомнил Ларс, поглаживая ведьму по плечу.

Она доверчиво прильнула к нему и казалась такой хрупкой, что неудержимо тянуло назвать ее «малышкой». Уже всерьез, без поддразнивания, но Ларс опасался, что на нежное прозвище она вздыбит шерсть. Лучше не торопиться.

– Можем спуститься к реке. Лодочный сарай уже закрыт, но еще не стемнело. Прогуляемся, уток покормим, – растерянно предложила Нита.

Видно было, что выбираться куда-то из объятий ей лень. Ведьма наслаждалась покоем.

– Если они не спят.

– А спят – сами поедим, – хмыкнула Нита, приподнимая голову и немного оживляясь. – Это была твоя идея, почему я тебя уговариваю?

– Осознал, – рассмеялся он, – исправлюсь.

Ларс перекатился по кровати через ведьму, походя вжав ее в простыни и смачно чмокнув в нос, за что получил возмущенный тычок в бок. Несильный, игривый. Волк дурачился, и Нита с трудом подавила улыбку.

Пробираться к выходу через гудящий голосами зал было сомнительным удовольствием. Ларс пропустил Ниту вперед, но сам шел следом – так близко, насколько возможно. К вечеру в «Золотой бабочке» набилось много народу, гуляли сразу несколько компаний, по виду – лесорубы или горняки, крепкие рослые мужики. Кое-кто успел нагуляться до бессознательного состояния и дремал за столом, кто-то еще стоял на ногах.

Один из них шатнулся в сторону ведьмы, она успела подобраться, готовая увернуться от не разбирающего дорогу здоровяка, но путь тому преградил своевременно выставленный локоть Ларса. Лесоруб озадаченно уставился на неожиданную преграду, перевел мутный взгляд на оборотня – и, громогласно икнув, качнулся в другую сторону, невнятно прогудев что-то похожее на извинения.

Нита украдкой выдохнула: трактирная драка – последнее, с чем ей хотелось иметь дело в жизни, а сегодня – особенно.

После душного гула трактира свежая уличная тишина обрушилась на голову ведром холодной воды, и оборотни замерли в легкой растерянности, едва шагнув за порог. Первым очнулся Ларс, поймал спутницу за ладонь и потянул по улице. Молча, потому что оба чувствовали себя слегка оглушенными, а потом говорить и не захотелось – и так хорошо.

Клофорд – город небольшой, и с закатом он очень быстро затихал, словно ночь набрасывала покрывало на клетку с канарейкой. В это время горожане предпочитали сидеть по домам. Островками беспокойства оставались только трактиры: в окрестностях хватало бесшабашного народу при деньгах, готового спустить их на выпивку и продажную женскую ласку.

Холодная Ремта, к которой после неудачной переправы у Ларса имелись свои счеты, отделяла город от невысоких гор. Здесь ее течение было достаточно ровным и спокойным, чтобы поставить мост, но вел тот к шахте, а тракт уходил в другую сторону, загибался петлей и пересекал стремнину в окрестностях Черного Брода, мелкого поселка на десяток дворов.