– Кто‑нибудь из пилотов когда‑нибудь вступал в контакт с лаагами или наблюдал контакт между их кораблями? – спросила Мэри.

– Никогда, – ответил Джим. – Насколько мы можем судить, они не переговариваются между собой. Но если он меня слышит, то может решить, что раз я разговариваю, то не стану стрелять. Так или иначе, стоит попытаться. Должна же у них быть какая‑то переговорная система. Если их несколько, они либо все бегут, либо все нападают.

– Но ты вряд ли чего‑нибудь добьешься, разговаривая с этим кораблем.

– Верно. Но попробовать стоило.

– Хорошо, а дальше что?

– Дальше что? – повторил Джим, – Не знаю. Если бы я просто пилотировал «ИДруг» как обычно, ты в своем теле, я в своем, – мы бы для страховки надели скафандры. Потом я открыл бы люк и перелетел к корпусу их корабля. Если нужно, я бы взрезал корпус или входной люк. Люк – вот он, но как корабль, которым я стал теперь...

– Которым мы стали теперь.

– ...мы стали теперь, пролезет через него?

Мэри помолчала.

– Если бы ты коснулся его корпуса, – произнесла она наконец, – как думаешь, сумел бы ты разглядеть все внутри, как в «ИДруге»?

– Не знаю. Звучит невероятно, но ты у нас эксперт по разуму внутри вещества. Ты‑то что думаешь?

– Я думаю стоит попробовать и проверить.

– Стоит попробовать, да? – проворчал Джим. – Ты вообще представляешь себе, насколько сложно передвинуть корабль массой с наш вплотную к лаагскому и при этом ни один из них не повредить?

– Конечно, представляю. Но иначе как нам быть? У тебя есть другие идеи?

– Да вроде бы нет... Погоди! – Джим оборвал сам себя. – Может быть, я смогу установить сенсорную связь по линии соединения с тем кораблем. Что у нас сгодится в качестве кабеля для связи?

Он начал мысленно осматривать все, что было на борту «ИДруга». Там, конечно, не нашлось готового к использованию запасного кабеля. Ему придется сделать что‑то из уже имеющихся на борту материалов.

По идее, подумал он, сгодятся любые связующие материалы с корабля. Проблема заключалась в том, что на борту корабля типа «ИДруга» не было абсолютно ничего похожего. Он бился над проблемой некоторое время, как вдруг его осенила идея. У него был ремонтный робот, который двигался сам по себе, его можно послать куда угодно с любой задачей.

– Я собираюсь сделать канал связи из материала корпуса, – объяснил он Мэри. – Пошлю ремонтного робота к входному люку, он снимет ленту вдоль всей длины корпуса. Мы получим метров двадцать ленты вроде длинного и тонкого стержня. Робот может стоять в открытом входном люке, или даже снаружи при закрытом люке, и держать этот стержень, идущий к их кораблю. Потом я осторожно двину корабль как можно ближе к лаагскому. Ты наблюдай за экраном – вдруг я не почувствую, когда стержень коснется корабля, или робот не сообщит о контакте. Я хочу остановить «ИДруга», как только мы соприкоснемся. У нас будет буфер как минимум в двадцать метров.

Робот так и сделал. И Джим так и сделал. Джим почувствовал, как с корпуса снимается лента. Это было не больно, хотя на общее ощущение наложился какой‑то непривычный дискомфорт. Но когда робот попробовал вытянуть получившийся стержень, возникла проблема. Длинный и тонкий стержень оказался слишком гибким. Вместо того чтобы вытягиваться к чужому кораблю, он стал мотаться туда‑сюда, так как свободный конец его сначала болтался позади. Как только он приблизился к тому концу, который держал робот, его вынесло в сторону.