Что ответил старший жрец, Оламайд не расслышала, но внезапно над помостом вспыхнул розоватый свет, посыпались искры, воздух сухо затрещал - и вдруг в небе закрутился, с каждой секундой увеличиваясь и перемещаясь к голему, клубок алых молний. Богомольцы испуганно охнули, шарахнулись, закрывая головы и глаза руками, пригнулись - и Оламайд без помех смогла увидеть, как по мановению руки Узэмика комок волшебного электричества, выросший до размеров небольшого дома, обрушился на Каменного Великана. Раздался грохот, от которого ворон смело с окрестных крыш и расшвыряло над городом. Люди попадали на колени, в панике зажимая теперь еще и уши и отчаянно жалея, что рук у них только две. От вспышки померк дневной свет. Брызнули в стороны осколки камня и комья земли, и взрывная волна швырнула людей наземь, словно кукол.

    Когда последние мелкие камушки отбарабанили по спине, торговка вскинула голову, открыла глаза, мысленно рисуя самые ужасные сцены.

    И была права.

    На всей площади остались стоять только пара столбов от помоста... и голем.

    Причем голем даже не стоял - осторожно раздвигая распростертых паломников, стражников и послушников, он двигался к руинам. За спиной его зияла огромная дымящаяся воронка с оплавленными краями.

    Несколько шагов - и каменные пальцы сомкнулись на копье. С легкостью вырвав его из земли, Велик другой рукой поднял несостоявшуюся жертву и с ювелирной точностью рассек веревки острой кромкой наконечника.

    - Иди. Домой, - пророкотал он в напутствие и потянулся за вторым кандидатом в ходоки к Уагаду.

    - Стой! Ты не можешь! - оглушенный, присыпанный землей и мусором, Кокодло шатко приподнялся на колени. - Где этот мальчишка!? Как там его?.. Пусть прикажет своему болванчику убираться! Если он немедленно тут не появится, я его... я с него... я ему... я об него...

    Не дожидаясь, пока у Верховного кончатся падежи и идеи, мальчик рванул к Оламайд, перескакивая через контуженных, ошалевших паломников.

    - Каменный Великан, уходи! - выкрикнул он на ходу. - Но если ты поступаешь по воле Уагаду, не слушай меня! Ты не можешь меня послушаться, если это воля самой Уагаду, величайшей из великих богинь Белого Света!

    Велик дружелюбным тычком отправил вторую освобожденную жертву в свободное плавание[47], оглянулся на своего друга и уточнил:

    - Да?

    - Да-да-да! Потому что она самая великая повелительница всего! - торопливо подтвердила матрона. - Разве ты можешь ослушаться воли самой Уагаду?! Никто не может!

    Голем помолчал, словно соображая что-то, перевел взгляд на Кокодло и развел руками:

    - Не. Могу. Ослушаться. Воли. Уагаду.

    - Да... ты... Ты... Как... - опешив, разинул рот Верховный.

    - Все слышали? Все?! Голем сказал, что это Уагаду его попут... то есть надоумила! - гаркнула Оламайд самым громоподобным своим голосом, каким не раз кричала на рынке 'Держи вора!' или 'Отвали отсюда, хабалка, я первая этих тунцов заметила!', перекрывая жалкие попытки Кокодло возразить голему, не возражая при этом своей богине. - Если бы Уагаду была недовольна, магия старшего жреца поразила бы его! Значит, Уагаду его защитила! Люди! Мы видели волю Уагаду! Голем заговорил! Голем остался невредимым! Это чудо! Это воля Уагаду! Она отпустила этих троих! Это ее чудо! Слава Уагаду! Воля Уагаду!

    - Воля Уагаду!!! - возопил Делмар, самозабвенно вздымая тощие руки к небесам. - Чудо!!! Големы говорить не умеют, а этот болтает, как попугай! О, я не верю своим ушам!!! Чудо-юдо расчудесное!!!

    - Попугаи.