|
Узэмик поежился: поручи ему кто-нибудь оформить ритуальный зал морга или склеп - он остановился бы на точно таком сочетании цветов. Черное - смерть, малиновое - кровь и золотое - вечность. Неуместным пятном, единственным диссонансом с аскетичной мрачностью кабинета, белела аба Старухи, развалившейся в кресле у окна. Рядом на низком столике черного дерева стоял хрустальный бокал с золотой ножкой, наполненный красным вином. Черное-малиновое-золотое - угнетающее сочетание, выбранное больным разумом. Или его разум болен еще более, если решился встать на сторону Просветленной?.. Но все инстинкты не говорили - кричали ему, что старый Кокодло не жилец на Белом Свете, а значит, особого выбора не существовало: сторона была одна, та, на которой стояла Старуха, какой бы она ни была...
- Просветленную Верховную жрицу, - склонился он почти до пола, - коей подвластны...
- Что нового? - не дожидаясь, пока Узэмик пройдет через все формальности приветствия, потребовала старуха, неторопливо поднимаясь, и тяжелая ткань ее одеяния зашуршала, словно большая змея проползла по сухой траве, заставляя жреца вздрогнуть. - Всё готово?
- Всё, ваша просветленность, - выпрямился жрец и перешел к докладу. - Круг соберется в назначенное время. Весь запланированный к отправке груз на возах. Обоз уже втягивается на храмовую площадь. Рабы закованы и пойдут последними - как всегда.
- И эти... двое? - злобно прищурилась Верховная.
- Эти пока не в цепях - может быть проблема с големом. Но надсмотрщики получили указания: на стройке голем и они будут отправлены на разные участки, и ничто не помешает...
Просветленная раздраженно фыркнула:
- Мне ничто не может помешать, когда я... Уагаду, то есть... войдет в полную силу! Но этот тупой булыжник!..
- Я поднял специальную литературу по теории големостроения, ваша просветленность, - осмелился вставить Узэмик, - и узнал, что големы защищены от воздействия магии - как средство предотвратить возможное жульничество во время схваток на их Аренах. Поэтому, если сравнить собачьи или лошадиные бега и...
- Это мне не интересно! - раздраженно оборвала его старуха. - Я хочу знать, кто его настроил на эти действия!
- Но ваша просветленность... - развел руками старший жрец. - Кто его настроит? Мне кажется, это дурацкая случайность, каких в жизни бывает... Бывает больше, чем хотелось бы, да. Но бывает!
- И то, что этот истукан может говорить - тоже случайность?
- Мне кажется, да. Я уже думал про возможность заговора, но не увидел корней, - торопливо заговорил жрец. - Хозяин голема - мальчишка, иноземец. Зачем ему предпринимать что-то против Храма и Уагаду? Он - ничто, червяк, тля, нищий поденщик!
- Кто еще был на корабле с этим големом?
- Ваша служанка, которая кормит книги. Но эта бестолочь дальше своих... своего бюста... не видит ничего, и мозгов у ней еще меньше, чем у этого сопляка.
- Всё?
- Нет. Еще был новый послушник, маг, Анчар. Но он к голему не имеет никакого отношения.
- Специально плыл, чтобы наняться?
- Нет. Если не врет, то бежал от долгов.
- Маг? Из Альгены? Столицы големостроения всего Белого Света? И совершенно случайно на борту того же корабля оказывается голем? Необычный голем? И какой-то бездомный шкет называет себя его владельцем? - старуха застыла, как пантера, почуявшая добычу, и прищурилась. Под ее взглядом Узэмик нервно отступил на шаг. - И ты всё еще веришь в случайности, Узэмик?
- Я... - во рту жреца пересохло: проклятая старуха выговорила его имя так, словно раскаленный нож поворачивала в ране. |