Он не мог жить без меня, а я начинала подозревать, что не могла жить без него. От этой мысли стало не хватать воздуха и закружилась голова.

– Знаю, – ответил Ратбоун и заправил мне выбившуюся прядь за ухо. – Но другие могут тебя не понять. Ты отдаешь нам много, очень много. Твоя магия натянута, как гитарная струна. Наш мир гораздо менее эмпатичный, чем тот, в котором росла ты. Власть и сила – вот что стоит во главе.

– Но ведь моя мама была совсем не такой…

– Ведьмы Эрналин всегда отличались самобытностью, ведь они служили Хранительницами артефактов. Немногие жили в замке, ну, судя по тому, что я помню из рассказов отца. Он рассказывал о Тамале, о том, почему она не жила с некромансерами, когда отправил меня на ее поиски. Ко мне в последний месяц стремительно возвращаются воспоминания…

– Правда? Я всегда подозревала, что мама плыла против течения.

– А ты думаешь, как она смогла сбежать в Винбрук и отдалиться от этого мира? Она вырастила тебя правильно. Я даже рад, что ты не подверглась всему, чему подверглись мы с сестрой, – признался он.

Взгляд Ратбоуна расфокусировался, словно он погрузился в воспоминания. Я положила ему руку на ребра, чтобы притянуть к себе, но меня ударило зарядом тока. Хотя головой я понимала, что это вовсе не электричество, а магия.

«Никогда к этому не привыкну», – произнес мысленно Ратбоун.

Я резко выпрямилась, дыхание сбилось.

Чужое присутствие внутри моей головы по-прежнему пугало и захватывало одновременно.

– Мы должны найти артефакты и уже потом уехать из Дома теней, – предложила я. – Все-таки убегать прямо сейчас было глупо, ведь нам требовалась поддержка некромансеров.

Ратбоун приземлял и смягчал меня. Я уже не так сильно злилась и начинала смотреть на ситуацию более трезво. К тому же Ратбоун прав, маги теней считали меня в какой-то степени своей, пусть и недостаточно, чтобы доверять. Однако замок все равно не был моим домом.

Моего дома не существовало, пока мама оставалась в другом измерении. И я не прощу себя, если это измерение – лимбо.

– Сперва Дом крови. Нужен кристалл для перемещения… Где нам его взять? – вздохнул Ратбоун, очевидно, уже согласившись на сомнительную миссию.

– Мы недавно перемещались к трансмансерам, и я видела, откуда Гарцель принесла камни. Уверена, что у них всегда есть заряженные кристаллы на всякий случай.

Ратбоун кивнул и прикусил щеку.

– Ты точно согласен вернуться туда? – спросила я. – Я пойму, если ты откажешься отправиться в Дом крови.

Я даже боялась представить, сколько боли в себе хранил особняк Миноса для него.

– Рано или поздно мне придется посетить особняк, – поджал губы он. – Нечего оттягивать момент. Мы постараемся выскользнуть оттуда быстро.

– Но нам нужно придумать прикрытие… Зачем нам в Дом крови?

– Можем притвориться, что пришли с дипломатическим визитом. Ведь я – принц. Скажем, что некромансеры решили разведать возможность переговоров о возвращении Шивон и послали меня.

Это казалось хорошей идеей. Пусть Ратбоун и слыл в кругах гемансеров «гнилым» сыном Миноса, это не отменяло его титула. Тем временем мы попытаемся выведать, где может храниться Усилитель.

– Не бросят же они меня в темницу, в конце концов? – усмехнулся Ратбоун.

Его-то, может, и не бросят, а меня…

А со мной будет один из самых сильных артефактов в истории магии! У них не останется выбора, кроме как прислушаться.

11

 Стань овцою – волки найдутся

Мора

Металлическая дверь тюремной камеры захлопнулась у меня перед носом.