— Псих… — прошептала одними губами Хельга.

— Ну, в моём душевном равновесии я и сам не уверен, — пожал плечами Николай. — В конце концов, я существую уже такое количество времени… В общем, если бы я с самого начала вмешивался всей мощью Империи, то все наши враги оказались бы очень быстро раздавлены поодиночке. А тогда — ни тебе эманаций миллиардов страдающих людей, воздействующих на магический фон мира, ни демонов, разгула магии крови и укрепления веры вкупе с усилением святош. Так что пришлось терпеливо ждать, пока события не наберут ход. И изо всех сил не позволять многим из тех, кто рвался в бой, испортить мне всё дело.

— Знавал я кое-кого очень похожего, ещё в прошлой жизни, — процедил я сквозь зубы. — Он тоже погрузил весь мир в хаос войны. Планировал принести его в жертву, дабы он и его приближённые могли отбросить человеческое бытие и стать богами, создав собственный пантеон… Какие же цели преследуешь ты? Тоже рвёшься в боги?

Несколько секунд Император смотрел на меня, едва ли не вытаращив глаза от шока. После чего сперва медленно улыбнулся, издал негромкий смешок… И громко, от всей души заливисто захохотал.

— Я⁈ Стать одним из богов⁈ Ради этого иду на жертвы⁈ Ой, не могу…

Приступ хохота длился минуты две с половиной, прежде чем чародей взял себя в руки. Как ни странно, я всё ещё не чувствовал от него никакой угрозы, да и вообще — раз враг сам, добровольно выбалтывает свои планы, как злодей из детской сказки, то этим надо пользоваться.

— Я бы скорее жабой стал, чем стал бы одним из этих бесхребетных, напыщенных и самодовольных паразитов на теле мироздания! — покачал он головой, утирая слёзинки смеха в уголках глаз. — Нет, моя цель вовсе не в этом! Всё это необходимо лишь для одного — вернуть тебя, мой господин!

— Подо мной ты имеешь в виду Рогарда? — поднял я бровь.

— Да, — подтвердил чародей, всё ещё улыбаясь. — Но совсем не в том смысле, о котором ты подумал. Позволь мне всё рассказать, расставить по своим местам? Я так долго шла к этому дню, и путь был воистину полон трудностей, опасностей и лишений… Прошу, прости эту маленькую слабость — ведь я уже отчаялась достигнуть триумфа!

Вместо Николая Третьего перед нами снова была женщина.

— Для начала позвольте официально представиться — Айравата Риттара Форг-Тувраэль Аргетлан, седьмая принцесса Дома Аргетлан, дочь Роктиса Аргетлана, Вечного Императора, — исполнила она безупречный книксен. — Вечная из числа Созидающих. Думаю, на данный момент я вполне соответствую требованиям для обладания данным титулом.

— А Николай? — уточнил я в который раз.

— Николай Романов — это тоже я, — подтвердила Айравата. — И предупреждая возможные вопросы — физиологически я могу быть любого пола, какого пожелаю. С момента падения Вечной Империи прошли миллиарды лет, большую часть из которых я прожила в виде разумной многомерной волны чистой энергии, занятая плетением целых систем сложнейших, ювелирных заклинаний, направленных на создание тех или иных эффектов в нужных мне областях мироздания. А в перерывах, отправляясь в миры во плоти, я успела пожить представителем обоих полов — в зависимости от того, чего требовала ситуация… Это, знаете ли, весьма непросто — незаметно пробираться в миры смертных.

— Насколько мне известно, Вечные не испытывали никаких проблем с пребыванием в обычных мирах, — возразил я.

Передо мной самая настоящая Вечная, во плоти… Если бы я уже не был знаком с Рогардом, если бы не успел с ним пообщаться вдоволь — то не знаю, как бы я себя вёл.