– Сиди. Я не хочу, чтобы ты видел мое лицо.

– Ну рассказывай же, что же случилось с Фионой и Тирой.

– Их продали работорговцу Рору. У Торна даже голова закружилась от прилива бешеной ярости.

– Рику должна была постигнуть та же участь, но ей помогла твоя женщина, – вновь зазвучал из темноты женский шепот. – Она пригрозила, что навсегда лишит Роло мужской силы, если он не отошлет Рику назад, к отцу. Роло очень испугался и позволил своей жене уехать. Но Фиону и Тиру продали. Ты слушаешь меня?

– Продали, – бешено прошипел Торн.

Он разрывался между желанием немедленно броситься на поиски Фионы и жаждой мести. Впрочем, выбор был ясен. Сначала нужно освободить Фиону. Вернуться сюда и рассчитаться с Жирным Роло он всегда успеет.

– Давно это случилось? – спросил Торн.

– Сразу после твоего отъезда.

– Гром и молния! А ты не знаешь, где их может держать Pop?

– Должно быть, в своем доме, в деревне. Больше как будто и негде. А теперь я пойду, пока Роло не хватился меня. Он спит. Желаю тебе найти свою женщину.

– Погоди! – воскликнул Торн.

Но темнота позади него стала беззвучной и пустой. Девушка исчезла.

Торн тихонько встал и отправился искать Арена. Нашел, разбудил и пересказал ему на ухо все, о чем поведала ему рабыня. Арен пришел в неописуемое негодование. Торну пришлось удерживать молодого воина от опрометчивых действий. Викинги несколько минут пошептались, а затем Торн вернулся на свое место возле очага.

Фиона и Тира проводили день за днем в непрестанных поисках любых возможностей побега. К сожалению, их смелым планам сильно мешала погода – установились крепкие морозы, сковавшие всю землю звонким панцирем.

А вскоре произошел случай, резко изменивший их судьбу.

Однажды утром Pop со своими людьми отправился в лес, на охоту, а домой его принесли на самодельных носилках. В чаще на неудачливого охотника напал медведь шатун и сильно порвал его. Все бедро было разворочено могучими когтями зверя. Торговец потерял много крови, и с каждой минутой его состояние становилось все более и более тяжелым, если не сказать – безнадежным.

– Ты – целительница, – с трудом ворочая языком, сказал Фионе Pop, когда воины уложили его на кровать. – Вылечи меня. Избавь от этой адской боли.

Фиона быстро осмотрела рану, покрытую грязью и коркой подсыхающей крови, и покачала головой:

– Серьезная рана, хозяин. Может быть, придется отрезать ногу. Если этого не сделать, она может загноиться и тогда ты умрешь.

Лицо Рора перекосилось от ужаса.

– Нет! Спаси меня. Проси все, что пожелаешь.

– Свобода, Pop. Свобода для меня и для Тиры, – быстро ответила Фиона. – Я спасу тебе и жизнь, и ногу, а ты за это освободишь нас и дашь возможность уйти, как только твоя жизнь окажется вне опасности.

– Да, да, все, что хочешь… Но если я умру, мои люди убьют тебя.

– Ты готов поклясться перед свидетелями?

– Да. Только поторопись. Я не могу больше терпеть эту боль.

Фиона позвала воинов Рора и его слуг в спальню, и Pop в их присутствии поклялся, что даст свободу Фионе и Тире, если останется жив и не лишится при этом ноги.

Затем Фиона выставила всех вон и принялась за лечение.

Тира принесла горячей воды, и Фиона заварила в ней корень мандрагоры, снимающий боль. Когда он настоялся, она дала Рору выпить часть отвара и начала очищать от грязи и засохшей крови поверхность раны. Тира трижды меняла воду, пока та не стала чистой. Сразу же уменьшилось и кровотечение.

Фиона дала Рору выпить остатки настоя, затем приказала принести крепкого красного вина и вылила его на рану. Pop издал странный булькающий звук, но мужественно вытерпел это испытание.