- Что произошло между вами, сударь? - гневно спросила старуха.
- Даю вам слово чести, сударыня, я не знаю, в чем дело. Я только
упомянул, что мистер Уорингтон потерял бумажник с письмами, и миледи упала в
обморок, как вы сами видите.
Госпожа Бернштейн плеснула воды на лицо племянницы, и вскоре тихий стон
возвестил, что та приходит в себя.
Баронесса послала мистера Сэмпсона за доктором и бросила ему вслед
суровый взгляд. Сердитое лицо тетушки, которое увидела леди Мария, очнувшись
от обморока, ничуть ее не успокоило.
- Что случилось? - спросила она в растерянности, тяжело дыша.
- Гм! Вам, сударыня, лучше знать, что случилось. Что прежде случалось в
нашей семье? - воскликнула баронесса, глядя на племянницу свирепыми глазами.
- А! Да! Пропали письма... Ach, lieber Himmel! {О, праведное небо!
(нем.).} - И Мария, как случалось с ней в минуты душевного волнения, начала
говорить на языке своей матери.
- Да! Печать была сломана, и письма пропали. Старая история в роду
Эсмондов! - с горечью сказала старуха.
- Печать сломана, письма пропали? Что означают ваши слова, тетушка? -
слабым голосом произнесла Мария.
- Они означают, что моя мать была единственной честной женщиной,
когда-либо носившей эту фамилию! - вскричала баронесса, топая ногой. - А она
была дочкой священника и происходила из незнатного рода, не то и она пошла
бы не той дорогой. Боже великий! Неужели нам всем суждено быть...
- Чем же, сударыня? - воскликнула леди Мария.
- Тем, чем нас вчера вечером назвала леди Куинсберри. Тем, что мы есть
на самом деле! Ты знаешь, каким словом это называют, - гневно ответила
старуха. - Что, что тяготеет над нашей семьей? Мать твоего отца была честной
женщиной, Мария. Почему я ее покинула? Почему ты не могла остаться такой?
- Сударыня! - возопила Мария. - Небом клянусь, я так же...
- Ба! Обойдемся без сударынь! И не призывайте небо в свидетели - мы же
одни! Можете клясться в своей невинности, леди Мария, пока у вас не выпадут
оставшиеся зубы, я вам все равно не поверю!
- А, так это вы ему сказали! - ахнула Мария, распознав стрелу из
колчана тетушки.
- Я увидела, что вы с мальчиком затеяли какую-то нелепую интрижку, и
сказала ему, что ты ровесница его матери. Да, сказала! Неужто ты думаешь,
что я допущу, чтобы внук Генри Эсмонда погубил себя и свое богатство,
наткнувшись на видавшую всякие виды скалу вроде тебя? В нашей семье никто не
ограбит и не обманет этого мальчика. Никто из вас не получит от меня и
шиллинга, если с ним случится что-нибудь дурное!
- А! Так вы ему сказали! - воскликнула Мария, внезапно взбунтовавшись.
- Ну, хорошо же! Позвольте вам сказать, сударыня, что ваши жалкие гроши меня
не интересуют! У меня есть слово мистера Гарри Уорингтона, да-да, и его
письма! И я знаю, что он скорее умрет, чем нарушит свое слово.
- Он умрет, если сдержит его! (Мария пожала плечами. |