- Он умрет, если сдержит его! (Мария пожала плечами.) Но тебе все
равно! Ты же бессердечна...
- Как сестра моего отца, сударыня! - вновь воскликнула Мария. Забыв
обычное смирение, она восстала на свою мучительницу.
- Ах, почему я не вышла замуж за честного человека? - вздохнула
старуха, грустно покачивая головой. - Генри Эсмонд был благороден и добр и,
быть может, сделал бы такой же и меня. Но нет - в нас всех дурная кровь, во
всех! Ты ведь не будешь настолько безжалостна, чтобы погубить этого
мальчика, Мария?
- Madame ma tante {Госпожа тетушка (франц.).}, неужели, по-вашему, я в
мои годы все еще дурочка? - спросила Мария.
- Верни ему его слово! Я дам тебе пять тысяч фунтов в... в моем
завещании, Мария. Клянусь тебе!
- Когда вы были молоды и вам нравился полковник Эсмонд, вы бросили его
ради графа, а графа ради герцога?
- Да.
- A! Bon sang ne peut mentir! {Хорошая кровь всегда скажется (франц.).}
У меня нет денег и нет друзей. Мой отец был мотом, мой брат нищий. У меня
есть слово мистера Уорингтона, сударыня, и я знаю, что он его сдержит. И вот
что я скажу вашей милости, - продолжала леди Мария, взмахивая ручкой. -
Предположим, завтра мои письма станут известны всему свету. Apres? {Ну и
что? (франц.).} Я знаю, что в них есть вещи, которые я не предназначала для
чужих глаз. И вещи, касающиеся не только меня одной. Comment! {Как же!
(франц.).} Или вы считаете, что в нашей семье ни о ком, кроме меня, нельзя
ничего рассказать? Нет, моих писем я не боюсь, сударыня, до тех пор, пока у
меня есть его письма. Да, его письма и его слово - я твердо полагаюсь и на
то и на другое!
- Я пошлю за моим поверенным и тут же отдам тебе эти деньги, Мария, -
умоляюще произнесла баронесса.
- Нет. У меня будет мой миленький Гарри и не пять тысяч фунтов, а
вдесятеро больше! - воскликнула Мария.
- Только после смерти его матери, сударыня, а она вам ровесница!
- Мы можем и подождать, тетушка. В моем возрасте, как вы изволили
выразиться, я не тороплюсь обзавестись мужем, точно молоденькая девчонка.
- Однако необходимость ждать смерти моей сестры все-таки портит дело?
- Предложите мне десять тысяч фунтов, госпожа Тэшер, и мы посмотрим! -
объявила Мария.
- У меня нет таких денег, Мария, - ответила старуха.
- В таком случае, сударыня, разрешите мне самой о себе позаботиться, -
сказала Мария.
- Ах, если бы он тебя слышал!
- Apres? У меня есть его слово. Я знаю, что он его сдержит, а потому
могу подождать. - С этими словами она выбежала из комнаты, как раз когда
вернулся капеллан. Сердечные капли понадобились теперь баронессе. Она была
чрезвычайно потрясена и расстроена всем тем, что ей пришлось так внезапно
узнать.
^TГлава XXXVI,^U
которая как будто чревата бедой
Хотя баронесса Бернштейн, несомненно, проиграла сражение, описанное в
предыдущей главе, при следующей встрече с племянницей она не выказала ни
гнева, ни досады. |