- Вот уж,
девочки, поистине чудо из чудес.
- Благоволите сообщить, что произошло, господа? - вопрошает
добродетельная матрона.
- Весь город только об этом и говорит, миледи! - заявляет Том Клейпул,
с трудом переводя дыхание.
- Том видел его сам, - продолжает сэр Майлз.
- Обоих их видел, миледи. Вчера вечером они были в саду Раниле, и за
ними увязалась целая толпа. А уж до чего ж похожи - если бы ленты у них не
были разных цветов, нипочем бы не отличить одного от другого. Один был в
синем, другой в коричневом. Только сдается мне, что он уже надевал оба
кафтана, когда появлялся здесь.
- Какие оба кафтана?
- Кто этот один и кто этот другой? - спрашивают в один голос сестрицы.
- Да этот ваш юный счастливец, кто же больше.
- Наш драгоценный виргинец и наследник всех поместий! - восклицает сэр
Майлз.
- Значит, мой племянник уже освобожден из заключения? - спрашивает
миледи. - И он уже снова погрузился в водоворот развле...
- А, чтоб ему пусто было! - рычит баронет. Впрочем, боюсь, что он
выразился даже крепче. - Что вы скажете, миледи, если этот наш драгоценный
племянничек окажется самозванцем, да, черт возьми, самым настоящим
авантюристом?
- Внутренний голос все время говорил мне что-то в этом духе! -
восклицает миледи. - Но я гнала от себя недостойные подозрения. Говорите же,
сэр Майлз, сообщите нам свои новости, мы сгораем от нетерпения.
- Я заговорю, любовь моя, когда замолчите вы, - произносит сэр Майлз. -
Так что вы скажете об этом господине, который приходит ко мне в дом, обедает
за моим столом, считается как бы членом моей семьи, целует моих... - Что
такое? - спрашивает Том Клейпул, мгновенно воспламеняясь, и щеки его пылают
ярче его красного жилета.
- ...Хм! Целует ручку моей жене и встречает самый ласковый прием, черт
побери! Что вы скажете о таком малом, который толкует о своих владениях и
наследстве, будь он проклят, а на поверку оказывается жалким нищим, просто
Младшим Сыном. Да, нищим, миледи, чтоб ему...
- Сэр Майлз Уорингтон, воздержитесь от сквернословия в присутствии этих
драгоценных созданий! Я совершенно сражена столь непостижимым лицемерием.
Подумать только, что я доверяла тебя, мой мальчик, мое сокровище, обманщику,
что я разрешала тебе, мое невинное дитя, находиться в обществе этого
шарлатана! - выкрикивает матрона, прижимая к себе сыночка.
- Кто же этот шарлатан, миледи? - спрашивает невинный ребенок.
- Да этот распроклятый молодой проходимец Гарри Уорингтон, - рычит
папенька, в ответ на что малыш Майлз сначала в недоумении таращит на него
глаза, а затем под воздействием каких-то неведомых нам чувств разражается
слезами.
Любящая маменька хочет прижать его к сердцу, но он отвергает ее чистую
ласку, ревет еще пуще и, отчаянно брыкаясь, старается высвободиться из
материнских объятий. |