– Беру обратно все ругательства, которыми честил тебя, Бенто.

– Их и вполовину не так много, как тех, которыми честил тебя я.

– Ну, в шесть увидимся. И не забудь защелкнуть замочек на купленном лифчике. Найдутся парни такие же бойкие, какими были когда‑то мы с тобой.

– Я спокоен. Мы с Эмили договорились – никаких свиданий до свадьбы.

58

Паркер Медсен шагнул в Овальный кабинет со сложенной газетой под мышкой.

– Господин президент, простите, что прерываю вас... – Хотя он обращался к Пику, взглядом он окинул Слоуна, и тот мгновенно почувствовал, что дело плохо.

– Я знаю, Паркер. Я иду.

– Сэр...

– Мы уже заканчиваем, Паркер. Джон, это Паркер Медсен, глава администрации Белого дома...

Слоун пожал руку Медсена, ощутив такую волну энергии, словно ткнул вилку в розетку. Ему захотелось отдернуть руку. Лампочка зажглась, и следом послышался громовой раскат. Слоун постарался удержаться и не скатиться в разверзшуюся перед ним темную пропасть, куда толкал его этот человек. Он старался не потупиться, глядя Медсену прямо в глаза – неподвижные кружки, без зрачков и радужной оболочки.

Пик распахнул дверь.

Слоун отдернул руку. Падение откладывалось.

Он ступил в холл, стараясь больше не глядеть на Медсена. Женщина терпеливо ждала.

– Шейла, проследите, пожалуйста, чтобы мистера Блера проводили к служебной машине и отвезли, куда ему требуется.

– Господин президент... – опять вклинился Медсен.

– Я уже иду, Паркер.

Пик сжал руку Слоуна.

– Остается только пожелать увидеться с вами при обстоятельствах более благоприятных, Джон.

– Ну, может быть, и представится случай. – У Слоуна слегка кружилась голова, его подташнивало. Побуждаемый какой‑то невидимой силой, настоятельной потребностью, он опять взглянул на Медсена. И опять сверкнул свет, на этот раз осветивший одну лишь тьму. Слоун высвободился, криво улыбнулся и проследовал за женщиной, чувствуя себя так, будто пояс его обвила веревка и в любую минуту его могут потянуть назад. Он миновал зал Рузвельта, сейчас заполненный людьми, и вслед за женщиной вышел из здания. Они пересекли асфальтовую площадку, направляясь к Западным воротам. С каждым шагом веревка обхватывала его все туже, но он ухитрялся идти непринужденной походкой, поспевая за цокающими каблучками женщины. У ворот он поблагодарил ее. Уже пройдя через них, и никак не раньше, поглядел через плечо.

Никто не шел за ним.

Пик вернулся в кабинет и закрыл дверь. Небрежной походкой он подошел к стоявшему на столе подносу с сандвичами и взял себе один с салатом и цыпленком.

Медсен развернул газету и приблизился к нему.

– Господин президент.

Пик поднял руку, как бы отстраняясь от него, и, обойдя стол, направился к французскому окну, выходившему в Розовый сад. Стоя около окна, он ел сандвич, словно поглощенный созерцанием пейзажа. Проглотив очередной кусок, он заговорил:

– Вы, должно быть, желаете объяснить мне, – сказал он, – каким образом можно проникнуть через надежнейшую в мире охрану и попасть в Овальный кабинет президента США, не так ли? – Пик повернулся к Медсену. – Я знаю, что это был не Джон Блер, по крайней мере подозреваю. Он немного моложе, чем должен быть муж Эйлин, и вряд ли ему или Эйлин что‑либо известно о Чарльзе Дженкинсе. Так что единственное, что меня интересует, генерал, – это узнать, кто он и как, черт подери, он сюда пролез.

– Я теряюсь в догадках, господин президент.

– Лучше вам прекратить теряться и выяснить все об этом человеке. Я желаю знать его фамилию, как он познакомился с Джо, какое отношение он имеет к этой истории и зачем ему понадобился Чарльз Дженкинс.