– А что мы о нем знаем?

– О Джозефе Бранике? – Руис покачал головой. – Ничего. И кажется, причины подозревать что‑нибудь особенное у нас не имеется.

– Отчего он умер?

– Покончил самоубийством. Выстрелил себе в голову.

Ибарон искоса бросил взгляд на Руиса, но никакой другой реакции не последовало.

– И ты не видишь ничего особенного в самоубийстве друга президента? – С сообщениями газет он тоже был знаком. – Разве президент не отменил совещание здесь на этой неделе ради того, чтобы присутствовать на похоронах?

– Нас заверили, что это не повлияет на ход переговоров.

– Рисковать мы не можем, – сказал Ибарон. – Выясни все, что можно, о Джо Бранике.

– Ну а как насчет переговоров?

– Если Роберт Пик не прибудет к нам, мы сами к нему прибудем. – И не сказав больше ни слова, Ибарон повернулся, чтобы взять у служительницы при входе свою светлую соломенную шляпу, и покинул здание, оставив Руиса в одиночестве.

Выйдя, он надел шляпу, защищаясь от жаркого летнего солнца. Воздух был влажным и тяжелым, но не от смога, висевшего над долиной и душащего Мехико и его обитателей во время летней сырости.

Ибарон чувствовал надвигающуюся грозу.

46

Берривилл, Западная Виргиния

Оставлять Тину в отеле было очень нелегко, но Слоун твердо знал, что взять ее с собой так же невозможно. Помимо того что это было бы опасно, ему предстояло наладить собственную жизнь. Он добыл из офиса свой ноутбук и укрылся под вымышленным именем в отеле. Целый день он потратил на поиски в Интернете, на резервирование билетов на самолеты, номеров в отелях, аренду автомобилей и звонки в отделение «Фостер и Бейн» в Лос‑Анджелесе. Все это было очень похоже на то, с чего начинались его адвокатские дела. Клиент приходил к нему с той или иной проблемой. Ему предстояло найти решение. Прежде чем определить путь, каким он это сделает, надо было выяснить факты – каждую деталь, независимо от того, какой бы мелкой или незначительной она ему ни казалась. Все факты становились кусочками головоломки и, поставленные на свое место, обнаруживали некую связь. Теперешнюю ситуацию отличало лишь то, что сейчас он являлся клиентом и адвокатом одновременно. Оставалось надеяться, что распространенное мнение, будто адвокаты делают карьеру, дурача клиентов, не соответствует действительности.

Первым объектом его розысков стал Джо Браник, и недостатка информации об этом человеке Слоун не испытывал. Браник окончил Джорджтаунский университет, где его соседом по комнате на первом курсе стал второкурсник факультета политологии Роберт Джон Пик, которого его приятели называли Робом. В последующие четыре года эти двое крепко сдружились. Их сближали общая квартира и интерес к политике и спорту. Оба окончили университет в числе лучших студентов. Пик пошел по стопам отца и стал работать в ЦРУ, а так как старший Роберт Пик имел возможности ему помочь, Роберт получал награды одну за другой, как породистый пудель на выставках; он был самым молодым из начальников отделений, работая в Лондоне, Германии и Мехико. Он стал заместителем начальника оперативной службы в сорок пять лет, заместителем начальника всего Управления в сорок восемь и начальником – в президентство Джорджа Маршалла, когда его отец был в кабинете министров. К верхнему эшелону политиков Роберт Пик был причислен, когда Маршалл уступил свои шансы на переизбрание, проиграв Гордону Миллеру, чем оставил Пика без работы. Четыре года спустя Пик баллотировался в вице‑президенты во время предвыборной кампании Томаса Макмиллана, где соперником Макмиллана был Миллер. Кампания прошла успешно, и Миллер был смещен. По прошествии двух президентских сроков Пик сменил Макмиллана на посту президента.

Жизнь Джо Браника была не столь впечатляющей.