Что ему делать? Бэйн знал, что Гражданин не отступит. Ему требовалось сотрудничество Бэйна, и он легко мог пожертвовать Агапой ради своей цели. Но если юноша будет работать на противника, который ему не нравился и поддерживать которого он не хотел, тот использует и его, и Маша для собственной выгоды.

Пурпурный снял с себя ещё несколько предметов одежды, разоблачившись до нижнего белья.

— Жарковато здесь! — заметил он. В самом деле, выглядел враг не лучшим образом.

Бэйн осознал, что тот выставлял себя напоказ для того, чтобы убедить их: он не блефует. Если страдал от жары даже человек, инопланетное существо чувствовало себя гораздо хуже. Менее плотное, чем у них, лицо Агапы всё больше теряло форму, грудь обвисла.

Пурпурный окинул её значительным взглядом.

— Даже не знаю, насколько терпимы к жаре амёбы, — заметил он. — Но предполагаю, что сперва они собираются в лужу, а потом испаряются. Впрочем, сейчас мы это выясним.

— Нет! — вскрикнул Бэйн.

Гражданин перевёл взгляд на него.

— Готов связать себя клятвой, мальчик? Без обмана, полное сотрудничество?

— Клятва, данная в таких условиях, будет недействительна! — запротестовал Бэйн.

— Ну, выбор за тобой. Ты знаешь, как всё остановить, прежде чем мы поджаримся.

Агапа вскинулась. Её голова и тело теперь лишь отдалённо напоминали человеческие. Она бросилась на Гражданина.

— Отойди от меня, медуза! — гневно завопил Пурпурный.

Но Агапа обвила его своими тающими руками.

— Я проглочу тебя! — прошипела она ротовой щелью, которая — единственная — осталась на её лице.

Ужаснувшись от подобной перспективы, Гражданин пытался яростно отпихнуть её от себя. Но Агапа упрямо цеплялась за противника, прижимаясь к нему всей своей истекающей вниз плотью. Они сделали круг по комнате, так и не избавившись от обременительных объятий, и тяжело упали на пол.

Пульт управления перешёл к Агапе. Она коснулась одной из кнопок, и излучение уменьшилось.

— Пора заканчивать представление, — сказала она, неожиданно меняя голос.

— Что? — непонимающе спросил, с трудом подымаясь на ноги, Пурпурный.

Агапа поднесла свободную руку к своему лицу и сорвала с него кожу, точно маску. Под фальшивой плотью обозначились другие, истинные черты.

— Теперь ты меня узнаёшь, толстяк? — поинтересовалась она.

— Голубой! — С отвращением воскликнул Гражданин.

Гражданин Голубой! Теперь, благодаря сходству с отцом, его опознал и Бэйн. Стайл номер два шагнул вперёд из остатков тающей псевдоплоти.

— Думаешь, я настолько глуп, чтобы не заметить в собственных владениях дроида-шпиона? — осведомился Голубой. — Или отправить девушку без охраны?

— Ты обманул меня! — изумился Пурпурный.

— Нет, ты обманул себя сам. А теперь пора заняться делами, не так ли?

Пурпурный попытался было схватить пульт управления, но Голубой держал его крепко. Пурпурный повис на противнике всем своим немалым весом: — Отдай, карлик!

Казалось, Голубой всего лишь коснулся пальцами основания шеи врага, однако тот мгновенно оцепенел и, потеряв сознание, опрокинулся.

— Не следовало ему связываться с Игроком, — заметил Бэйн.

— Ты игрок? — спросил Бэйн. — Я думал, им являлся мой отец — Стайл.

Голубой подошёл к нему и отомкнул оковы, которые прочно удерживали Бэйна у стены.

— Значит, вы снова поменялись, — констатировал он.