А потом… сначала я не мог поверить своим глазам. Знакомые черты, светлые короткие волосы, чуть курносый нос и вытянутый подбородок.

— Весёлый⁈ — я не смог скрыть своего удивления. — Какого чёрта ты здесь делаешь?

Сержант дёрнулся, пытаясь освободиться, но я не дал ему ни единого шанса. Его лицо исказилось от боли и стыда. Он отвернулся, избегая моего взгляда, но ничего не сказал.

— Какого хрена ты творишь, Ген Геныч⁈ — повторил я грубее, придвигая нож ближе к его шее.

Весёлый, наконец, посмотрел мне в глаза, и я увидел в них одновременно отчаяние и вызов.

— Я… я не хотел… — еле слышно хрипя пробормотал он, но продолжить не смог, будто слова застряли у него в горле.

Я слегка ослабил хватку, давая ему возможность говорить. Нож решил убрать, чтобы дать парню спокойно ответить.

— Говори, — потребовал я. — Кто тебя послал? И зачем?

Весёлый снова замолчал, лишь тяжело дышал. В глазах сержанта метался страх, смешанный с безысходностью. Я понял, что придётся выбивать из него каждое слово по капле.

Но в этот момент снаружи донёсся шум моторов. Мгновение — и яркий свет фар мелькнул сквозь занавески на окнах модуля.

Я снова встряхнул Весёлого, заставляя его поднять глаза и смотреть прямо на меня.

— Кто послал, Гена? Зачем пришли? Отвечай!

Сержант упрямо сжал губы, отводя взгляд.

— Я… — он замялся. — Никто не посылал…

— Тогда зачем припёрлись?

— Это за Юлю… Хватит её обхаживать, она не для тебя, понял?

В его голосе звучали одновременно злоба и ревность. Словно он выплёскивал мне всё, что давно накипело внутри.

— Вы втроём вломились, чтобы выяснять отношения из-за женщины? Ты хоть понимаешь, какой бред ты сейчас несёшь.

Но продолжить я не успел — машины уже остановились рядом с модулем. Судя по всему, кто-то успел сообщить об инциденте. Сработали военные оперативно.

Я резко поднял Весёлого на ноги и подтолкнул к выходу из комнаты.

— Пойдём! — коротко бросил я, продолжая крепко держать его за воротник куртки.

Сержант не сопротивлялся, шагал покорно, слегка прихрамывая после нашей короткой, но жёсткой схватки. Я толкнул дверь ногой, и мы вышли наружу.

Во дворе стояли две машины, фары ослепляли. Из переднего УАЗа быстро выскочили четверо солдат, взяв нас в кольцо. Следом, медленно и явно с недовольным видом, появился комбриг Шлыков. Он остановился в паре метров от меня и с досадой покачал головой.

— Что здесь происходит, Карелин? — резко спросил Алексей Вилорович.

— Вот решил выйти подышать воздухом с сержантом Весёлым, — сдержанно ответил я. — Он и его дружки зачем-то решили зайти ко мне в гости без приглашения. Двоим удалось убежать.

Шлыков бросил на Весёлого суровый взгляд.

— Ну и какого чёрта? Что за цирк вы здесь устроили посреди ночи?

Весёлый молчал, опустил голову. Он старался не встречаться глазами ни с комбригом, ни со мной.

— Прошу прощения, товарищ Карелин, — вздохнув, сказал Шлыков.

Голос его звучал официально, но я уловил в нём нотку искреннего раздражения. От поведения своих бойцов?

— Я разберусь лично. Весёлый отправится на губу немедленно. Там у него будет достаточно времени подумать о своих ночных похождениях.

Он резко кивнул солдатам, стоявшим рядом.

— Заберите сержанта и проследите, чтобы он без моего ведома даже носа не высовывал!

Весёлого быстро схватили под руки и повели к машине. Сержант даже не пытался сопротивляться. Лишь мельком бросил в мою сторону угрюмый взгляд, полный обиды и ненависти.