Тоска по Ольге сердце грызет. Где искать ее — ума не прило¬жит Теодоро. Может, и не свидится с ней никогда. Плохо, очень плохо.

Теперь он не может вернуться к отцам-католикам, а в русскую церковь не тянет — все чужое там. Святые отцы смотрят на веро¬отступника со злобой, друзья отшатнулись от него. Дошло до того, что сегодня ночью никто из знакомых в Суроже не захотел дать ему приют.

Море шумит волнами, будто вздыхая. Под всплески волн Тео¬доро забылся в тяжелом сне.

Проснулся оттого, что кто-то грубо тряс его за плечо. Открыл глаза—перед ним старый ди Гуаско.

—     Хорош! Нечего сказать! — сердито кричит Антонио. —Благо¬родный ди Гуаско ночует у моря, будто бездомный пес! Ищу тебя со вчерашнего вечера. Облазил всю Солдайю. Пил?

Сын молчит, что он может сказать отцу?

—     Пойдем в город. Есть новости. Скажу — одуреешь.

Они прошли сквозь густые заросли можжевельника, вышли на неровную, каменистую дорогу. Отец начал разговор:

—     Болтаешься черт знает где, хозяйство бросил, дела стоят. Надумал жениться, да, видно, кишка тонка. У невесты был?

—     Где теперь невеста? — грустно проговорил Теодоро.

—     Где! Где! Уж несколько дней, как дома. Об этом знает весь город, только один жених, длинноухий ишак, спит на камнях у моря.

—     Неужели нашлась, отец?

—     Говорят тебе — давно дома. Идем сейчас туда.

—     Не может быть, чтобы в городе знали. Я все эти дни в Солдайе и...

—     Люди еще не знают, это я так сказал. Я случайно узнал... Из Кафы письмо получил: видели там Ольгу с отцом вместе. Но не это главное. Слушай — в Кафе заваривается страшная каша. Эти голодранцы снова поднимают голову. Помнишь, когда-то я рассказывал про капитана Леркари? Так вот он опять мутит на¬род. Я готов взять дьявола в свидетели, одноглазый ди Негро вме¬сте с ним. Вчера масарий Феличе из Кафы прислал нам своего человека. Они с Антониото ди Кабелой просят у нас помощи. На кафинских стипендариев надежды нет — они могут пойти за капи¬таном. Но страшно, сынок, не это. Тот самый Сокол, что разграбил наше Скути, хочет привести на помощь Леркари своих разбойни¬ков. А их там ни много ни мало полтысячи душ.

—     Откуда все это узнали?

—     Будто бы от хана. У того, верно, в ватаге есть свой шпион. Так вот, сразу же после свадьбы соберем сотню надежных парней из наших слуг, и ты поведешь их в Кафу на помощь консулу. Не дай бог верх возьмут мятежники — тогда нам здесь крышка. Ачеллино давно точит на меня зуб, а его дружок Христофоро — знаешь сам...

Никита Чурилов принял гостей не особенно приветливо. Анто¬нио сразу это почувствовал.

—     Мы пришли вас поздравить, синьор Никита, с большой ра¬достью,— сказал Теодоро, снимая шляпу.— Говорят, синьорина Ольга дома!

—     Да, слава богу, дочь моя нашлась.

—     Где она? Мы хотим видеть нашу невесту,— весело произнес старый ди Гуаско.

—     Послушай внимательно меня, синьор Антонио,— заговорил Никита.— Очень жаль мне, виноват я перед тобой, но только Оль¬га, дочь моя, женой другого обещала быть. Я против желания ее пошел.