Линда сонно улыбнулась, осознавая, что между ними что-то произошло, но не пони­мая, что именно. В постели она попыталась думать об этом, но слишком уж хотелось спать. Ясно было одно: даже воспоминание об этом часе, проведенном в кухне, согревало ей душу.

К завтраку Линда надела один из кашеми­ровых джемперов и новую юбку и очень обра­довалась, когда Люк это заметил.

— Ты вернешься домой к чаю? — спросила она.

-  Постараюсь. Сегодня слушания в суде по делу моего клиента, а они иногда затягиваются. Но к обеду я вернусь обязательно. В субботу я буду свободен, в воскресенье - тоже, поэтому мы сможем навестить моих родителей. Им не терпится познакомиться с тобой. Они хотят, чтобы мы остались ночевать, но, я думаю, вос­кресенье нам лучше приберечь для себя. Мы приедем к ланчу и побудем до чая, а возмож­но, и до обеда. Можем взять с собой Смоуки и Шодэ. — Люк забрал свои бумаги и, обойдя стол, склонился и поцеловал ее. — У тебя есть какие-нибудь планы на сегодня?

- Мы с Мари будем инспектировать шкафы с бельем, а потом я хочу погулять по окрестно­стям.

- Не заблудись. Но если такое случится, ска­жи, кто ты, и кто-нибудь обязательно прово­дит тебя домой.

Окрестности деревни были на удивление тихие, несмотря на то что Квебек находился отсюда всего в нескольких милях. Линда, заку­тавшись в новое пальто, брела вслед за Шодэ по узкой асфальтовой дороге. Изредка встреча­лись люди, весело приветствовавшие ее. Дойдя до реки, она немного прошла вдоль нее, любу­ясь широкой водной гладью между живопис­ными холмами.

После прогулки она с аппетитом съела ланч и села почитать у камина. Шодэ улегся у ее ног, а Смоуки — на коленях. Вскоре она, задремав, уронила голову на спинку кресла.

Такой ее и нашел Люк — со сброшенными туфлями, неловко свернувшейся в кресле, с приоткрытым ртом. Он сел напротив и смотрел на нее, до тех пор пока Линда не потянулась, просыпаясь, и не открыла глаза.

— О Боже! Я заснула. Ты здесь давно? - Она пошарила ногами в поисках туфель и поправи­ла выбившиеся пряди волос. — Я долго гуляла и слишком много съела за ланчем. Пойду приве­ду себя в порядок и скажу Бонно, чтобы он принес чаю.

— Ты и так очень хороша, а Бонно будет здесь через минуту. Куда ты ходила? К реке?

Для субботнего визита Линда выбрала зеле­ное платье из джерси. Оно было простое и очень шло ей по цвету. Если они останутся на обед, это будет то, что надо. Надев поверх новое зим­нее пальто, она села в машину рядом с Лю­ком, уверяя себя, что ничуть не волнуется. Шодэ и Смоуки в корзине устроились на заднем си­денье.

Люк повернулся к ней.

— Нервничаешь? Не надо. Родители жаждут познакомиться с тобой, и я думаю, они тебе понравятся. Несмотря на преклонный возраст, они всем на свете интересуются. Они заядлые садоводы, обожают ходить в театры и на кон­церты и все еще путешествуют время от време­ни. У меня есть еще сестра, но она живет с му­жем и детьми в Монреале.

Обогнув Квебек с запада, Люк двинулся на север, и через некоторое время они достигли пригородов Броше. Миновав ухоженные, обса­женные старыми деревьями подъездные дорож­ки, ведущие к фешенебельным особнякам, они взъехали на очередной холм. И перед ними открылся сказочно красивый простор лесистой долины внизу, с удивительно голубым продол­говатым озером в центре и с краснеющими там и сям в гуще деревьев черепичными крышами. Спустившись с холма, адвокат свернул на уз­кую деревенскую улицу и остановился у одного из этих старинных домов.

Здорово, подумала Линда, выходя из ма­шины и оглядываясь. Уютно и основательно. Таким и должен быть дом - из красного кирпи­ча, со ставнями на окнах и с чугунным балко­ном над внушительной парадной дверью.