— Чудесный день, — довольно произнесла она, но довольство смело словно ветром в сле­дующее мгновение, когда Люк сказал, что зав­тра утром летит в Калгари.

Линда подавила очередной судорожный зе­вок.

— В Калгари? Зачем? Надолго?

Внезапно охватившая ее досада не позволи­ла заметить, как сверкнули при этом глаза Люка. На лице Линды было написано нечто большее, чем удивление. Его Линда будет скучать по нему!..

— Это связано с делом моей клиентки, у ко­торой пропал муж. Я веду собственное расследование. Она узнала, что его видели в Калгари, и бросилась туда. Нужно лететь срочно, пока она не успела наделать каких-нибудь глупос­тей, поскольку дело оказалось очень щекотли­вым. Это может занять день, а может и неделю. Все будет зависеть от ситуации, в которой я ее найду.

— Женщина? - спросила Линда, и Люк по­давил улыбку.

—  Да, и знаменитая. Ведущая одной из ве­черних телепрограмм.

—  Как интересно, — едко заметила Линда и встала. — Я увижу тебя завтра до отъезда?

—   Я выйду из дома в девять. Позавтракаем около восьми?

Линда кивнула.

— Я оставлю записку для Мари.

Она встала и направилась к выходу. Дюк пос­ледовал за ней, открыл дверь и, склонившись, поцеловал.

—  Спокойной ночи, приятных сновидений.

Как же, сердито подумала Линда. Она наме­ревалась бодрствовать всю ночь, жалея себя. Бросить ее одну в чужой стране и отправиться в Калгари! И что это за ведущая? Не та ли рос­кошная и томная Джозефина Леру, которая ведет программу «Чего хочет женщина»?..

Линда позволила разгуляться своему вооб­ражению и в конце концов заснула в слезах.

Она спустилась к завтраку в воинственном настроении и в твидовой юбке и кашемировом свитере, стараясь как можно меньше походить на эту чуть ли не полуобнаженную развратницу. Она припудрила нос, но проигнорировала по­маду и зачесала волосы кверху беспорядочной копной.

Адвокат нашел ее восхитительной, но, по­смотрев на лицо, решил, что теперь неподхо­дящее время, чтобы говорить ей об этом. Вмес­то этого он спросил, хорошо ли Линда спала, передал ей тосты и обещал позвонить сегодня вечером.

- Когда ты прилетаешь в Калгари?

—   После полудня.

- Ты ведь можешь позвонить сразу же. — Это прозвучало как упрек ревнивой жены, и она быстро добавила: - Конечно, если у тебя будет время.

— Я позвоню тебе из аэропорта.

Удовлетворенная Линда закончила завтра­кать, болтая о погоде, о саде, о собаках — о чем угодно, только не о его поездке в Калгари.

Когда он уехал — с Бонно, который должен был привести машину обратно, — Линда по­шла гулять с Шодэ. Она уже хорошо ориенти­ровалась в окрестностях. За всю долгую прогулку ей не встретилось ни души, и она почув­ствовала себя одинокой.

Люк позвонил после ланча. Он заверил ее, что долетел благополучно, и сообщил, что сей­час его уже дожидается машина, чтобы доста­вить в город.

— Надеюсь, у твоей клиентки не очень серь­езные проблемы, — сказала Линда, - и ты не задержишься надолго.

Воображение снова сыграло с ней злую шут­ку. Почему она представляет себе Люка, пле­ненного роскошными формами вымышленной теледивы, вместо того чтобы подумать о том, в какую трудную, а может быть, даже опасную ситуацию попала незнакомая женщина, и ка­кую нелегкую - возможно, тоже опасную, - работу предстоит проделать Люку. Да и вооб­ще, женщину, оказавшуюся в таком положе­нии, вряд ли волнует, красавец ее адвокат или осел с двумя головами.

Следующие несколько дней Линда не сиде­ла без дела. Ее навестил мэр и попросил съез­дить с его женой в Квебек, чтобы купить иг­рушки на Рождество воспитанникам Приюта святой Анны.