Я уставилась на него, чувствуя, что по моему лицу разливается жар. Может, он и хотел меня подбодрить, но меня совершенно не радовала мысль о привидениях, наблюдавших за мной всю мою жизнь – без моего ведома. Я всегда была скрытной, особенно когда дело касалось моих чувств, и предпочитала хранить всё в секрете, рассказывая о них только Джерм. И теперь я спрашивала себя: а сколько моих тайн известно Эббу?

Ночь только-только начала уступать утру, когда из влажной темноты впереди вынырнули тёплые огни моего дома. Несколько привидений скользнули от него по лужайке, будто покидали его после долгого ночного дежурства.

Что-то маленькое, с острыми клыками и когтями, выскочило из травы и бросилось мне на ногу и, пролетев прямо сквозь неё, зарычало на меня и убежало прочь.

– Что это было? – спросила я, передёрнувшись и подумав: «Чудовище? Компаньон ведьмы?»

– Всего лишь бешеный опоссум, – ответил Эбб. – Старый вредина вечно пытается всех цапнуть. Мы все ждём не дождёмся, когда он наконец упокоится.

Мы свернули на лужайку, и я едва не врезалась в живого человека из плоти и крови.

От неожиданности я отпрянула. У меня ушло несколько секунд, чтобы взять себя в руки и узнать Джеральда – я звала его, когда нужно было что-то починить дома или на участке, и платила ему с помощью маминой чековой книжки.

Мы с Джерм застыли и уставились на Джеральда. Тот вытаращился на нас, а опомнившись, улыбнулся:

– Вы сегодня рано.

Мы с Джерм растерянно молчали в ожидании, когда он заметит Эбба, висящего в воздухе между нами. Наконец я выдавила:

– Э-эм… Мы ходили… смотреть на птиц.

Джеральд наклонил голову набок:

– На птиц?

– Красногрудового… э-эм… певуна… в смысле… сойку можно увидеть только рано утром, – сказала Джерм.

После секундного замешательства Джеральд кивнул, и в этот момент полупрозрачная старуха – та самая прачка, которую я видела накануне, – пролетела сквозь него с кипой белья, и Джерм едва не прыснула, но успела зажать рот ладонью.

– Будь здорова, – сказала я.

– Ну, работа не ждёт, – пробормотал Джеральд и, бросив на нас озадаченный взгляд, направился к своему грузовику за инструментами, не подозревая о последнем, не считая Эбба, привидении, скрывшемся в лесу позади нас. Мы все с облегчением выдохнули.

– Ну ладно, – сказала Джерм, повернувшись ко мне, но не сводя глаз с Джеральда. Я заметила проявившиеся под её глазами синяки. – Мне пора домой. Мама просила прийти к семи. Может, она мне поверит, когда я обо всём ей расскажу, и как-то поможет.

Я устыдилась: до меня только сейчас начало доходить, что нам пришлось пережить за эту ночь.

– Джерм, – начала я, – я не знаю, почему ты всё это видишь. Но ведьмы… это моя проблема. Я не хочу подвергать тебя опасности.

– Это наша проблема, – отрезала Джерм. – А что насчёт взора, то мне кажется, что я каким-то образом подхватила его от тебя, и я рада, что так вышло. – Она нахмурилась. – Но я боюсь за тебя, Роузи. Может, тебе правда сбежать, как советуют Эбб и Гомер?

– Я подумаю, – медленно произнесла я, встретившись глазами с Эббом и стараясь не показать, как мне больно от её слов. Потому что я не могла представить свою жизнь без Джерм.

Махнув мне на прощанье, она села на один из наших общих старых и ржавых велосипедов, стоящих рядом с сараем, и укатила.