К тому же, его разум и сердце совсем не нуждаются в этой чуши, и это – другая причина того, что она идеально подходила для него. Лейла может смотреть на него, как на сексуальный объект; Ноу-Уан – никогда. И есть худшие способы предать свою шеллан, нежели желать недосягаемое. По крайней мере, с Ноу-Уан, и благодаря его самоконтролю, те побуждения навсегда останутся фантазиями, безвредными, неосуществленными фантазиями о самоудовлетворении, которые несли не большую важность в его жизни, чем порно в Интернете…

Помоги тебе Господь, – подметил тоненький голос, – если она вообще примет тебя снова.

Слишком верно. Казалось, она колебалась, и он уверовал, что это больше никогда не произойдет.

– Я не спешу, – сказал он ей гортанным голосом. – И знай, что в этот раз свет останется включенным… я возьму из твоего запястья ровно столько, сколько ты пожелаешь мне дать.

 Роф – от англ. Wrath – гнев, ярость

 Smart(Смарт) - марка автомобилей особо малого класса, выпускаемых одноимённой компанией, принадлежащей международному автопромышленному концерну.

Глава 28

Сидя рядом с Торментом, Ноу-Уан снова услышала свой голос:

– Да…

Дражайшая Дева-Летописеца, между ними что-то изменилось. В плотном, заряженном воздухе, разделявшем их тела стеной, искрилось некое тепло, поток электричества изнутри согревал ее кожу.

Эти чувства полностью отличались от того, что она испытывала с ним в той темной кладовке, сражаясь с многовековой хваткой прошлого.

Тормент тихо выругался.

– Черт, сперва я должен был позволить им вымыть меня.

Будто он был кухонным столом, на который что-то пролили, или одеждой, нуждавшейся в стирке.

Она нахмурилась.

– Меня не волнует то, как ты выглядишь. Твое дыхание и бьющееся сердце… вот, что действительно важно.

– У тебя крайне низкие критерии относительно мужчин.

– У меня нет критериев относительно мужчин. Однако если ты будешь жив и  здоров, я обрету покой.

– Проклятье, – тихо выдохнул он. – Совсем не понимаю этого… но я верю тебе.

– Это правда.

Смотря на их переплетенные ладони, Ноу-Уан думала о словах Тормента… о прошлом, об импровизированной семье, которую они трое образовали в Старом Свете.

О том, как она пошатнула жизни всех, включая свою дочь.

Воистину, она всегда считала свое воскрешение возможностью для будущей кары за то, что она лишила себя жизни. Но да, сейчас она осознала в очередной раз, что была и другая цель. Она причинила боль этому мужчине, и ей даровали шанс помочь ему.

Главный догмат Девы-Летописецы, действующий на практике: все происходит по  кругу, ради сохранения баланса.

Конечно при условии, что она могла помочь ему.

Охваченная целью, она скользнула взглядом по его телу… точнее тому, что видела под хирургической простыней. Его грудь была мускулистой, шрам в форме звезды зиял на одной половине, живот укреплен мышцами. И по всей коже виднелись шрамы, происхождение которых она не желала знать, а также маленькие круглые отметины, приводившие ее в ужас.

Но то, что было ниже его талии, пленяло ее. Тормент прижимал голубую ткань к бедрам, будто скрывал что-то, его предплечье и рука напряглись под ее взглядом.

– Не беспокойся об этом, – сказал он гортанным голосом.

Он был возбужден, подумала Ноу-Уан.