– Это не плохо, – тихо сказал Тро.

– Я согласен, если это касается тебя.

– И остальных?

– И остальных. – Кор покачал головой. – Тем не менее, на этом все.

– Значит, твои амбиции не изменились?

– Нет. Но мои методы… они никогда не будут прежними.

В последовавшей тишине он не знал, что получит в ответ: проклятье, удар, суровую перепалку. Отсутствие стабильности било по нему сильнее положенного.

– Попроси меня вернуться к тебе как свободного мужчину, – потребовал Тро.

– Пожалуйста. Возвращайся, и ты получишь мое слово – пусть оно не стоит ломаного  гроша – что ты получишь уважение, которое заслужил давным-давно.

Спустя мгновение его руку обхватила ладонь Тро.

– Тогда решено.

Кор, содрогаясь, выдохнул, несомненно, от облегчения.

– Решено.

Отпустив руку воина, он наклонился, поднял почти нетронутую чашу с едой… и протянул Тро то малое, что у него было.

– Ты позволишь мне модернизировать средства связи, – произнес мужчина.

– Да.

И на этом все.

Тро принял предложенный суп и подошел туда, где сидел Кор. Опустившись на пол, он поставил медную коробку подальше от Кора и приступил к трапезе.

Кор сел рядом с ним на пятна крови, которую пролил в течение дня, и в молчании они завершили свое воссоединение. Но еще не все кончено, по крайней мере, не со стороны Кора.

Его сожаление останется с ним, тяжкий груз поступков изменил его навсегда, как ранение, оставившее рубец и неправильно исцелившееся.

Или, как вышло в его случае… правильно.

ОСЕНЬ

Глава 35

Ноу-Уан проснулась от землетрясения.

Под ней сотрясался матрас, подушки от этой силы разлетелись в стороны, попадали одеяла, а холодный воздух опалил кожу…

Ее сознание быстро опознало источник хаоса. Это было не движение земной коры, а Тормент. Он бился возле нее, сражаясь с путами, которые удерживали его в постели, его огромное тело неконтролируемо подрагивало.

Ему снова снился сон. Тот, о котором он отказывался говорить, и который, следовательно, касался его любимой.

Когда он приземлился на ноги, свет из ванной озарил его тело, напряженные мускулы его спины отбрасывали резкие тени, руки сжимались в кулаки, бедра словно приготовились к стремительному прыжку.

Пока он восстанавливал дыхание, пытаясь взять себя в руки,  имя, вырезанное на его коже, растягивалось и уменьшалось плавными волнами, будто  женщина, носившая его, снова ожила:

ВЕЛЛСАНДРА

Не проронив ни слова, Тормент зашел в ванную и закрыл дверь, отгораживаясь от света… и от Ноу-Уан.

Лежа в темноте, она слушала, как текла вода. Быстрый взгляд на прикроватную тумбочку подсказал, что пора вставать, и, тем не менее, она не двинулась с места.

Сколько времени она провела в его постели? Месяц точно. Нет, даже два… или три?

Время остановилось и потеряло для нее значение, ночи пролетали мимо, словно аромат летнего бриза.

Она считала его своим первым любовником.

Но он… не взял ее полностью.

Более того, после всего времени, проведенного вместе, он не позволил ей прикоснуться к нему. Он также не спал с ней под одним одеялом. Не целовал ее в губы. Не присоединялся к ней в ванной или бассейне, не смотрел жадным взглядом, как она переодевалась… и он не держал ее в своих объятьях, пока они спали.

И все же Тормент был щедрым в своей сексуальной искусности, раз за разом даруя ей мимолетное блаженство, он всегда был внимателен к ее телу и ее оргазмам. И она знала, что это приятно ему: реакция его тела была слишком мощной, чтобы скрыть ее.