– Если наш выбор окажется ошибочным, мы может потерять все, – одернул его третий. – Не забывайте, что Отпирающий – это не просто ключ. Он обладает собственной волей.

– Он не владеет Мастерством, – не сдавался четвертый.

– Должен ли я напомнить досточтимому брату историю Проклятья? – язвительно осведомительно третий. – И в особенности причины, по которым оно было наложено?

– Твое пламя дрожит, брат, – не менее язвительно ответил четвертый.

– Благодарю, – третий смиренно сбавил тон. – Но по существу тебе нечего возразить?

– Я не против осторожности. Я лишь предлагаю не драматизировать. Я считаю катастрофический исход крайне маловероятным.

– А я вообще не уверен, что Редриха можно рассматривать как кандидата,

– вмешался в их спор пятый. – Он герцог и сын регента, но не более чем. А нам нужна королевская кровь.

– Если бы не переворот 8 лет назад, он был бы куда ближе к престолу, нежели Артен, – возразил шестой.

– В Пророчестве ничего не говорится насчет «если бы», – не согласился пятый.

– Но Урмаранды получили регентство и могли претендовать на трон не просто так, а именно на основании родства с королями, – развил свою мысль шестой.

– Беда в том, что в Пророчестве не оговаривается степень родства, – констатировал пятый. – Конечно, идеальным вариантом был бы сам король или наследный принц, но где ж их взять…

– Если с Редрихом просто ничего не выйдет, это нам ничем не грозит, – сказал третий. – Интерес представляют другие варианты.

– Тургунайцам, конечно, выгоднее было бы иметь дело с Редрихом, – произнес седьмой. – В политическом смысле он – ничто. В отличие от Артена, за которым стоит Тирлонд и с которым приходится считаться.

– А нам больше подходит Артен, – сказал восьмой. – Его ничего не интересует, кроме науки. А Редрих непредсказуем и ухватится за власть при первой возможности.

– Напротив, Редрих очень предсказуем, – возразил шестой. – Человек, обуреваемый страстями – готовая марионетка для любого, кто возьмется за ниточки.

– По‑моему, мы совсем не то обсуждаем, – сказал девятый. – Вероятность, что Отпирающий успеет чем‑то воспользоваться, ничтожна. Наверняка мы сможем устранить его, как только он сделает свое дело. Куда более важно, чтобы с ним ничего не случилось по дороге. И в этом плане умелый боец Редрих надежнее неспособного постоять за себя Артена.

– Не кажется ли вам, братья, что это пустой спор? – вмешался десятый.

– Ведь мы пока что не знаем, где находится Редрих.

– Узнаем, – решительно заявил второй.

– Да, сейчас это наша главная задача, – подтвердил первый. Найти и не спускать с него глаз. Не хватало еще, чтобы он погиб на дуэли или спутался с какой‑нибудь девкой.

Разумеется, ночное происшествие с Элиной наделало немало шуму в столице. Официальная версия, базировавшаяся на рассказе самой Элины капитану стражи, состояла в том, что юная графиня Айзендорг, идя ночью по улице, услышала шум схватки и крик о помощи. Поспешив на эти звуки, она увидела, что несколько человек разбойного вида с оружием атакуют одного, и встала на его сторону. В бою один из нападавших был убит самой Элиной, другой ранен незнакомцем; затем появился патруль, и злодеи бежали – а следом за ними скрылся и тот, кто был жертвой нападения. Причины для этого у него могли быть разные: он мог оказаться высокопоставленным гостем Роллендаля, не желающим, чтобы его имя фигурировало в подобной истории, или неверным супругом, застигнутым грабителями во время тайного ночного похождения, или даже таким же вором, что‑то не поделившим с товарищами.