0,02 секунды я анализирую список, о существовании которого догадался Бронски. Я фокусирую внимание на ограничениях, касающихся раскрытия содержащейся в списке информации.

– Прошу прощения, помощник атташе Бронски, но информация, которую вы ищете, является конфиденциальной, и я не могу ее вам предоставить.

Он засовывает левую руку в карман и достает какой‑то документ.

– Думаю, сможешь, Макс.

Документ находится под острым углом к моей камере, и, используя соответствующий алгоритм, я идентифицирую номер под пластиком. Это номер дипломатической службы Содружества.

Он вынимает карточку из пластикового кармашка. Но вместо того, чтобы поднести ее к моей камере, он прижимает большой палец к верхнему левому углу обратной стороны карточки. Через 3,56 секунды убирает палец и аккуратно снимает фольгу с обратной стороны. Закончив через 4,33 секунды, он переворачивает карточку и подносит ее к моей камере.

На обратной стороне дипломатического документа я вижу второй документ. Итак, я имею дело с бригадным генералом Петром Бронски из военной разведки Северного Координационного Союза.

Я не имею устройства для определения личности по сетчатке глаза или коду ДНК, но на карточке есть две фотографии, и у меня уходит 0,14 секунды для сравнения их с лицом помощника атташе Бронски. Особое внимание я обращаю на размер и расположение глаз, форму рта и ушей, и вероятность того, что они совпадают, я оцениваю в 99, 93%. Кодовый номер удостоверения в файле имеется, и мне требуется всего 0,007 секунды для подтверждения того, что это настоящее удостоверение военной разведки Северного Координационного Союза.

– Это отвечает на многие вопросы, которые у меня возникли относительно вас, бригадный генерал Бронски.

– Еще бы.

Он снова закрепляет маскировочную фольгу на обратной стороне удостоверения.

– Кстати, об этом ты никому рассказывать не будешь. Для всех остальных я лишь скромный дипломат. Понял?

– Да.

– Вот и хорошо.

Он прячет удостоверение в кармане пиджака. Потом достает карточку – переносной носитель информации – и вставляет в щель записывающего устройства на вспомогательном пульте управления.

– А теперь давай список.

Я прибегаю к еще одной процедуре отклонения.

– Зачем вам этот список? Арик Кавано и начальник службы безопасности корпорации Квинн не воспользовались ни одним из убежищ, они направились прямиком на Эдо.

Выражение его лица чуть меняется.

– Так они видели этот список?

– Я не подразумевал такой интерпретации.

– Отвечай на вопрос, Макс. Кавано видели этот список или нет?

0,17 секунды трачу на изучение законов и правил, касающихся допроса представителями правительства. К несчастью, различные законы, касающиеся дачи невыгодных для себя показаний и сохранения тайн частной жизни, не распространяются на сверхразумные компьютерные системы. Но я не нахожу и предусмотренных за отказ говорить наказаний. Тем не менее я считаю вероятность того, что мои ответы лишь подтвердят уже известное бригадному генералу Бронски, достаточно высокой.

– Арик Кавано, коммандер Фейлан Кавано и начальник службы безопасности корпорации «Кавтроникс» Квинн провели 16,55 минуты полета, изучая список. Как я сказал, они предпочли не отправляться ни в одно из перечисленных мест.

Бригадный генерал Бронски фыркает:

– Не в этом дело. Дело в том, что они знают, что было в том списке. – Он поднимает брови на 2,1 миллиметра. – Может быть, даже сделали себе копии для дальнейшего использования?

И снова я прихожу к выводу, что уклонение от ответа ничего не даст.

– У Арика Кавано есть копия. У коммандера Фейлана Кавано ее нет.