– Совершенно уверен. – На самом деле Саймон очень рассчитывал на то, что вся эта возня с лордом Дрейкером, которую он считал чистой воды благотворительностью, затянет его сестру до такой степени, что ей будет попросту не до него. – Возможно, конечно, что Дрейкер уже успел рассказать ей о своих подозрениях, но вряд ли она поверит.

– Но тогда почему она согласилась на эту безумную сделку?

– Как она сказала, чтобы доказать, что его предположения не имеют под собой ни малейших оснований, – с показным равнодушием пожал плечами Саймон. «К чему говорить, чтб было ставкой в этом пари?» – подумал он. К тому же вряд ли его высочеству придется это по вкусу, ведь речь как никак идет о его отпрыске, пусть даже и побочном. В общем, ему незачем об этом знать, решил он наконец. – И потом, пока Регина на моей стороне, мы с Луизой в безопасности.

Его высочество с трудом оторвал от козетки свое грузное тело.

– Я бы не спешил так говорить – учитывая, что мой сын поклялся не спускать глаз с тебя и Луизы. Можешь не сомневаться, теперь он будет постоянно вертеться возле вас. Как я смогу в такой обстановке побыть со своей дочерью? Тем более обсудить ее будущее?

– Может, ваше высочество позволит мне поговорить с ней? Объяснить, кем вы ей приходитесь…

– Ни в коем случае! Всем известное умение Дрейкера держать язык за зубами и его ослиное упрямство уже сделали свое дело. Он ведь убежден, что Луиза не моя дочь.

Поэтому и словечком не обмолвился ей о некоторых щекотливых подробностях моего романа с ее матушкой. Если ты сейчас откроешь ей правду, она тут же помчится к нему и потребует объяснений. И уж тогда Дрейкер сделает все, чтобы настроить ее против меня. А после этого она и слушать меня не захочет.

Щекотливых подробностях? Саймон с трудом подавил жгучее любопытство. Он давно уже понял, что оставаться доверенным лицом Принни можно только не задавая лишних вопросов.

– Когда наступит подходящее время, – продолжал между тем принц, – я сам открою ей, что она моя дочь. Но вначале я должен поговорить с ней наедине. И в этом ты поможешь мне.

– Я и пытаюсь, черт возьми! – возмутился Саймон. – Не понимаю, почему бы вам просто не приказать Айверсли привезти ее к вам в Карлтон Хаус?

– Потому что если я надавлю на Айверсли, Дрейкер непременно вытащит на свет Божий такие вещи, о которых я и понятия не имею и о которых мне вообще лучше ничего не знать. И конечно, выберет для этого самое неподходящее время.

– Но если так, если ему что то известно, почему он не сделал этого до сих пор?

Принц махнул унизанной перстнями рукой:

– Наверное, ему нравится держать над моей головой этот дамоклов меч… Дерзкий негодяй! Одна эта его сделка с твоей сестрой чего стоит! Проклятие! Слоняется за ней повсюду и не дает мне увидеться с моей же собственной дочерью!

– Терпение, ваше высочество, терпение! – с умиротворяющей улыбкой прожурчал герцог. – Это всего лишь на месяц, уверяю вас. К тому же лорд Дрейкер не выдержит и недели, уж я то свою сестру знаю!

Оставалось надеяться, что все будет по другому. Сам то он точно не устоит – сдерживаться целый месяц! Да еще когда речь идет о Луизе! Целый месяц любоваться ею на расстоянии. И при этом воображать ее не в голубом атласе и жемчугах, а в полупрозрачном кружевном пеньюаре, не скрывающем ни ее полной груди, ни упругого живота…

Почувствовав, как бешено колотится его сердце, Саймон чуть слышно выругался. Господи помилуй, как она хороша! Любой мужчина может только мечтать о такой жене.

Кроме него… Вот незадача! Если он намерен стать премьер министром, ему понадобится совсем другая супруга – не простенькая, невинная девочка, выросшая в деревенской глуши, а светская львица, идеальная хозяйка дома – умная, искушенная и прекрасно знающая свое место.