«Сколько веры и леса повалено», – подумал Пургин. Комсомольская стройка века, энтузиазм молодых – это для телевизора.

– В последние годы приумолкли, но продолжали строить, представляешь? И практически доделали. Аврал, штурмовщина… ну, как обычно. 1 октября текущего года на станции Куанда торжественно возложат последнее, так называемое, «золотое» звено. А через несколько недель запустят сквозное движение поездов на всех участках пути. В это трудно поверить, но от Байкала до Амура мы проложили-таки магистраль. Прянишников, мой редактор, тот еще козел, предложил пожить пару недель на БАМе, впитать, так сказать, в кожу воздух свершений, а потом выдать серию сногсшибательных репортажей о великой комсомольской стройке. А то стало затухать количество этих строек, не те уже комсомольцы. Постарели, видать… Ну а что? – рассуждала Женечка, складируя грязную посуду в раковину. – Сколько можно торчать в этой Москве? Жизнь проходит стороной. Поселюсь в Сибири, найду себе какого-нибудь симпатичного путевого обходчика… И все, прощай, мы расстаемся навсегда…

– Эй, никаких длительных командировок! – испугался Пургин. – А то приеду на БАМ и испорчу тебе всю ссылку.

– Да шучу я, – засмеялась Женечка. – До свадьбы точно никаких командировок. Так и сказала Прянишникову: иди лесом. Похоже, перестаралась. А он такой редкий… Ладно, не думаю, что уволит.

Он уже не мог, натерпелся! Схватил ее в охапку, потащил в постель. Джинсы практически не снимались, что за мерзкая одежда? Женечка смеялась, шутливо отбивалась. Потом сама стащила с себя американскую обертку, стала зарываться под одеяло, как шахтер в глубины сибирских руд, сдавленно смеялась, льнула к нему. Увещевания родителей ее не сильно останавливали – Домострой, слава богу, пережили.

Женечка действительно его любила, тут не требовался дневник наблюдений. Как настоящий чекист, через две недели знакомства он навел справки о ее прошлом. Замужем не была, девственность потеряла еще в процессе учебы на факультете журналистики. Ту историю пережила легко – был парень, но сама его бросила: не сошлись характерами. Дальше решила, что никакой постели без любви, училась, затем осваивала свою творческую специальность, ждала того самого, единственного. Пробивной характер, умение писать – она всегда старалась выбраться из жестких рамок, но ничего криминального, двигалась в русле, очерченном партией и правительством. А инициатива разве наказуема? Украдкой писала рассказы – на бытовые темы, какие-то фантазии, скатывалась до детских сказок, которые ей удавались лучше всего. Появление «единственного» выбило из рабочего графика, напомнило, что работа не главное, заставило пересмотреть очень многое…

Они лежали, обливаясь потом, восстанавливали дыхание.

– Вот и пробежали… – сдавленно шептала Женечка, – кросс десять километров с полной выкладкой по пересеченной местности…

– И парой кирпичей в вещмешке для усиления эффекта… – добавил Влад. – Ты знаешь так много неженских слов…

– Мне было скучно без тебя, знакомилась с материалами событий вокруг острова Даманский. Ну, помнишь, та история, сколько лет уже прошло… когда китайцы затеяли с нами маленькую победоносную войну… Ну, это они думали, что война станет победоносной. Я расписалась, что не стану разглашать полученные сведения, а потом волосы вставали дыбом, пока читала, не знаю, как теперь все это забыть… Слушай, ты прости, что я такая, – она пристроила головку ему на грудь.