– Известно, конечно, – печально кивнул Джеральд. – Упокой, Господи, их души. Я прочел об одном пожарном, который тоже погиб в тот день. На его пальце было это кольцо… Теперь его носит его сын.

– И я об этом слышал, – тихо отозвался Джек.

Джеральд поставил на стол свой бокал:

– Кольца Кладда так много значат для нас, коренных ирландцев. Веками они передавались из поколения в поколение. Риган, держу пари, ты и не догадывалась о том, что и наши с тобой прапрадед и прапрабабка обменялись кольцами Кладда в день своей свадьбы.

– Неужели? – воскликнула Риган.

Джеральд подошел к книжной полке и снял с нее старинную черно‑белую фотографию, сделанную в день свадьбы Хью и Бриджит Рейли.

– Конечно, здесь невозможно разобрать, что на их пальцах именно кольца Кладда, – сказал он, – но это на самом деле так. – Он протянул фотографию Риган. – Сейчас‑то в качестве обручальных их уже почти не используют.

Риган и Джек, сидевшие рядышком на диване, стали внимательно изучать старинный выцветший снимок. Риган грустно улыбнулась. Хью и Бриджит… Такие молодые, такие серьезные лица! Как бы мне хотелось познакомиться с ними, подумалось ей. Надо же, как повернулась судьба: их сын, Пол, мой родной дедушка, уехал в Америку! Одному богу известно, как сложилась бы моя жизнь, если бы он этого не сделал. Впрочем, урезонила она сама себя, если б он не эмигрировал, меня вообще на свете бы не было! Ведь бабушка и дедушка познакомились в Нью‑Йорке.

Риган подняла взгляд на Джеральда и показала на фотографию:

– А какова судьба этих колец? Тебе об этом что‑нибудь известно?

– После их смерти они перешли по наследству к их единственной дочери, Бриджит. Бриджит, как ты знаешь, была сестрой твоего деда. А она, в свою очередь, передала их своим детям, Хью и Бриджит… Много лет назад они приезжали сюда, когда ты, Риган гостила у нас вместе с родителями. Ты тогда была совсем маленькой и, вероятно, их не помнишь. Они оба примерно моего возраста. Хью живет сейчас в Корке, а Бриджит – в Англии.

– Я уже начинаю запутываться, – признался Джек.

Джеральд расхохотался:

– Когда дело доходит до родственных связей клана Рейли, тут сам черт ногу сломит.

– Мои родственники по линии Рейли тоже живут неподалеку от Корка, – сказал Джек. – Я как раз собирался им позвонить и, может, даже нанести визит, но не думаю, что у меня хватит на это времени.

– А я‑то надеялся показать вам ферму в Роскоммонне, где Хью и Бриджит вырастили наших с тобой деда и бабушку! Как я теперь вижу, с этим придется повременить до следующего вашего приезда.

Риган внимательно вгляделась в кольца на свадебной фотографии прадеда и прабабки, а затем перевела взгляд на Джеральда:

– Аукцион по продаже этих колец наверняка будет просто фантастический! Подумать только: им более трехсот лет…

Джеральд кивнул:

– Бьюсь об заклад, мой сегодняшний гость, мистер Мэгилликадди, даже и не подозревает, какова их истинная ценность и какую гигантскую сумму можно за них выручить. Если бы дело дошло до всемирного аукциона, одному богу известно, какой бы это вызвало ажиотаж. Но, перефразируя известную поговорку, эти кольца ему карман жгут. А вдобавок ко всему прочему, у него нелады со здоровьем. Мне кажется, он потому так торопится с аукционом, что боится: а вдруг с ним что‑то случится – инфаркт или другая какая болезнь обрушится, и тогда… Он как‑то пошутил, что по утрам, открывая газету, всегда начинает с некрологов – чтобы убедиться, что его имя не значится в списке усопших.

– Это своего рода ирландская спортивная страничка, – саркастически заметил Джек.