– Нет, – вслух ответил он.

Ветер задул сильнее, ивы закачались, ветки захрустели, двигаясь взад вперед в воздухе.

– Я сейчас упаду в обморок, – сказал над нами Гэвин.

– Нет, – снова произнес Малахи. – Вы позволите нам продолжать наш путь, или мы будем сопротивляться. Мы вас уничтожим.

– Ты можешь остановить их? – спросила Рэйчел. – Заставить их вернуться в деревья? Скажи им, что мы не причиним никакого вреда.

– Они не умеют критически мыслить, – ответил Малахи. – Вы незнакомцы. Вы другие. Они считают эту разницу негативной.

– Если они не остановятся, – сказала я, надеясь, что они услышат и поймут, – тогда нам придется их остановить. Нам придется причинить им боль.

Гэвин повернулся налево. Я посмотрела на Малахи.

– Я могу сделать это без лезвий.

Я получила его неохотный кивок.

Если мне удалось двигать «Хаммер», я решила, что смогу разорвать и виноградную лозу.

Но это во мне говорила логика Земли.

Я потянулась к магии, и меня почти сбила с ног огромная сила, которая ответила на мой зов. Ощущалось так, будто у меня под рукой целая электростанция. Я собрала ее, нити магии сопротивлялись моей хватке, как будто она тоже поняла, что я другая. Что я чужая .

Я подняла взгляд на ветку дерева, обернула магию вокруг лозы и потянула. Когда ничего не произошло, я добавила больше магии, снова потянула. Усик просто дернулся в другом направлении, как те же полюса двух магнитов, отталкивающих друг друга.

Гэвин взвизгнул, когда его качнуло в воздухе, и я уставилась на него, пытаясь понять, что пошло не так, и как это исправить. Либо телекинез был неэффективен против лоз Паранормальной нимфы, либо она знала, что я делаю, и была достаточно быстра, чтобы этого избежать.

Лоза дернулась так сильно, что ослабила рюкзак Гэвина, который грохнулся на землю с тяжелым звуком, это заставило меня задуматься, что он туда упаковал.

И мне не одной было любопытно об этом узнать.

Виноградная лоза перестала двигаться, нимфы замерли и посмотрели на рюкзак, который оказался между нами.

Рюкзак был наш, а не их. В нем не было магии. Я решила, что этим можно воспользоваться.

Я схватила его с помощью магии, подбросила высоко в воздух, выше, чем могли достичь лозы, и удержала его там.

– Вы можете взять рюкзак, – сказала я, – если отпустите его и дадите нам уйти.

От яростного ответа нимф поднялся сильный ветер и задрожали листья.

Малахи мягко посмотрел на них и пожал плечом.

– Я не могу контролировать человека. Она делает то, что ей нравится. Если вы хотите подарок от Землян, то должны отпустить его.

Я играла плохого полицейского и бросала на них тяжелые взгляды.

Что то сработало – может быть, только их алчность – потому что лозы начали убираться, деревья распрямлялись и стали больше походить на деревья, нежели на огромных хищников.

Лоза освободила обвитую лодыжку Гэвина. Он полетел вниз, раскинув руки, и аккуратно приземлился в руки Малахи.

– Если бы меня не тошнило, – произнес Гэвин, лицо его было вспотевшим и цвета свеклы, и погладил Малахи по щеке, – я бы поцеловал тебя прямо в губы.

– Я не желаю тебя целовать, – проговорил Малахи и поставил Гэвина на ноги. Лиам протянул руку, чтобы помочь ему найти опору и восстановить циркуляцию крови.

– Спасибо, – сказал Малахи, оглядываясь на нимф. – Отойдите, пожалуйста.

Еще немного ветра и шороха, и нимфы отступили назад почти к своим деревьям. Но их взгляды не отрывались от рюкзака.

– Давай, Клэр, – произнес он, и я кивнула.

Я снова погрузилась в магию, бросила рюкзак в десяти метрах от нас и в направлении противоположном тому, куда нам нужно было идти.