Ветер застонал, когда они устремились к нему: девушки, листья, ветви – всё двигалось, словно стая змей на блеск, к единорогу или радуге.

Мы побежали сразу после них.

* * *

– Надеюсь, в этом рюкзаке не было ничего нужного, – сказала я, когда Малахи натянул рюкзак, и мы отбежали от деревьев на несколько сотен метров.

Гэвин пожал плечами.

– В основном там были батончики с гранолой и карты «УНО» .

Мы все посмотрели на него.

– Зачем ты взял карты «УНО» в путешествие в Запределье? – спросила Рэйчел.

– Для торговли с Пара. Они, как я вижу, очарованы земными артефактами.

– Я удивлена тем, что ты посчитал карты «УНО» подходящей валютой, – сказала Рэйчел и подняла руку, прежде чем он успел поспорить. – Но это не имеет значения.

– Нет, имеет. Скажу я вам, рюкзак был наполнен только крутыми вещами. – Он посмотрел на Малахи. – Ты мог бы и упомянуть о деревьях убийцах.

– Кажется, лучше извиниться, чем искать оправдания. Я полагаю, так звучит эта фраза?

– Кто опять принялся учить его всем этим выражениям? – спросил Лиам и посмотрел на меня.

– Не этому, – ответила я.

Гэвин по дружески похлопал Малахи по спине.

– В следующий раз, когда мы вместе отправимся на задание, нам нужно будет обсудить твой стиль инструктажа.

– У меня нет стиля инструктажа.

– Ага, – произнес Гэвин. – Считай это моей точкой зрения.

– Думаю, это было подбадривание, – сказал Лиам, пожимая плечами. Его глаза были почти цвета чистого золота и блестели, как две яркие монеты.

Я чувствовала себя медленной и раздутой, как будто магия снова заняла место в моем теле.

– Ты в порядке? – спросила Рэйчел, подходя ко мне. Она была нахмуренной. – Выглядишь бледной. Ну, бледнее, чем обычно, – добавила она с улыбкой.

– Магия, – проговорила я. – Мне нужно сесть.

Не дожидаясь ответа, я согнула ноги и встала на колени, прежде чем они подогнулись подо мной.

Рэйчел присела, нежно коснувшись тыльной стороны ладони моего лба. Ее рука была прохладной, освежающей по сравнению с сильными и горячими импульсами магии, и я чуть не наклонилась к ней. А в ее глазах было беспокойство, когда она посмотрела на Лиама, затем на Малахи.

– Она вся горит. Слишком много магии?

– Слишком много чистой магии. Ее тело чувствует вторжение, врага, и начинает сопротивляться.

– Она должна была остаться в Новом Орлеане, – сказал Лиам. – Я не должен был позволять ей идти.

– Не тебе решать, – проговорила я. – Решение было за мной . Я справлюсь. Сброшу ее.

– Но ты говорил, что она не сможет ее сбрасывать тут, – сказал Лиам, глядя на Малахи. – Ты говорил нам это до того, как мы отправились сюда.

– Сброс – это, по сути, грубый способ. Сложно калибровать, чтобы избавиться от нужного количества, даже имея опыт. Но, возможно, я могу помочь.

Я увидела, хотя у меня голова шла кругом, как он протянул руку к моей груди.

Глаза Лиама вспыхнули огнем, как отразившийся на монете солнечный луч, и он остановил руку Малахи.

– Аккуратно.

Выражение лица Малахи почти не изменилось.

– Ты тоже находишься под влиянием. Ты бы узнал, если бы я собирался причинить ей вред.

– Я не думаю, что о таком роде вреда он беспокоиться, – сказала Рэйчел.

– Не… о , – произнес Малахи, и по его скулам разлился румянец, когда он, очевидно, понял, к какой именно части тела он намеревался приложиться. – Конечно, нет.

– Не очень лестно, – пробормотала я и почувствовала, будто наблюдаю разговор со стороны.