– Я учёный…

– Отец Дэнни тоже работает в лаборатории, но он не такой сноб, как ты.

– У учёных мало выбора, дочка, ты либо скептик, либо псих, иного не дано.

– Но я верю! Верю, что найду! – Она разжала крепкие объятия и посмотрела на отца снизу вверх так, будто бросала вызов. – Я найду жизнь, папа!

«Ну вот, теперь я совсем отверну её от себя», – испугался мистер Линч и постарался собрать воедино остатки спокойствия и теплоты.

– Конечно, – поддакнул он ей, пытаясь хоть криво, но улыбнуться, – конечно, и это похвально. Только, пожалуйста, возьми небольшой перерыв, отдохни пока от поездок.

– Ага, – улыбнулась она, – конечно, возьму.

Она взяла с собой нужное снаряжение и запасной комплект одежды. Завтра они отправлялись на юг.

* * *

– Я слышал её по телефону, понимаешь? Слышал, как сейчас слышу тебя!

Они сидели в том же баре, в который каждый, кто не хотел свихнуться, приходил по вечерам.

Михаэль смотрел, как Николас опустошает очередную бутылку пива. Какая это была? Вроде третья. На самом деле это был тот ещё подвиг – пить эту жижу можно было лишь от большого расстройства или от большой тоски по прошлому, по тому самому прошлому, где ещё кто-то выращивал хмель. Сейчас же…

Михаэль приподнял бутылку и посмотрел через темное стекло.

– Из чего делают эту муть?

– Из спирта и какой-то травы.

– Тогда это уже не пиво…

– Ну и чёрт с ним, – сказал Николас и запрокинул бутылку так, что её днище встало параллельно его раскрасневшемуся лицу. – Ах, ты ж, чёрт, – закусил он снеком, – и правда редкостное дерьмо.

– А это ещё из чего? – Михаэль раскрошил безвкусный снек. – Ты не знаешь?

Но Николас ему уже не ответил, он, как часто это бывает, смотрел в пустоту. Так начиналась любая прелюдия перед тем, как он заводил всё ту же шарманку. Он смотрел в пустоту отстранённо, будто не видя, потом ловил что-то вдали, как сейчас поймал взглядом бармена, жонглирующего у стойки, и только тогда начинал. Одно и то же, каждый раз, на протяжении стольких лет.

– Я слышал её, понимаешь?

– Опять? – вздохнул Михаэль, не уточняя, что именно «опять» – «опять ты об этом» или опять он услышал.

– Нет, чёрт возьми, если бы опять, я бы уже поднял весь город!

– А, – протянул Михаэль, – ты все про тот же случай… Слушай, Ник, столько лет прошло.

– Думаешь, это можно забыть? Вот ты помнишь, как потерял жену?

– Помню, – вздохнул мистер Линч и тут же попытался забыть. Но у него не получалось. Этот нытик расковырял всё внутри, а ещё этот вчерашний день, этот странный ребёнок.

Ребёнок… Девочка лет пяти или шести так и стояла у него перед глазами.

– Я её видел, – вдруг сказал он.

– Кого? – Николас отставил пиво. – Жену? Ты видел жену?

– Да, только…

– Что? Говори!

– Ей было лет шесть…

– Это не важно! – Он сделал ещё глоток, потом поперхнулся и посмотрел на друга. – Подожди, сколько?

– Пять или шесть, точно не знаю…

– Та-а-ак, – поставил он бутылку на стол, – видимо, нужно завязывать с этим пивом. Слушай, помнишь того мозгоправа, к которому ты меня отправлял?

– Он же тебе не помог.

– Ну естественно, я же не «слышал голоса́», в чём он пытался меня убедить, я слышал голос жены и это совсем другое! А вот ты, ты говоришь странные вещи…

– Я проходил вчера мимо школы, – начал Михаэль Линч, уставившись неподвижным взглядом в мутный вонючий стакан.