– Сэр, – подходила она к тому дому, – сэр, вы в порядке?

Мужчина сидел в кресле-качалке, завёрнутый в длинный плед.

– Не подходи, – схватил её Дэнни.

– А что? Ты сам подойдёшь?

– Может, и подойду!

Даниэль оставил её в двадцати метрах от дома и сам пошёл к человеку на обветшалом крыльце. Он шёл через страх и ужас, через самого себя, лишь бы её оградить, лишь бы обезопасить её.

– Сэр, вы в порядке? – поднялся он на крыльцо.

В кресле-качалке – мужчина, его голову закрывала ковбойская шляпа, его тело – огромный плед.

– Сэр, – дотронулся до него Дэнни и поднял широкую шляпу за подогнутые поля.

На него смотрело лицо, изъеденное смертью, одни кости остались. Чёртов скелет. Ветер раскачивал кресло-качалку, а вместе с ней и труп.

Даниэль попятился, оступился о прогнившие насквозь ступени и рухнул с крыльца на землю, подняв собой серую зловонную пыль.

По лицу парня Эбигейл уже поняла, что последним движением в этом вымершем городке был труп, убаюканный ветром.

– Всё! Мы уходим! – подошёл он к ней, дрожа то ли от злости, то ли от страха, отряхивая испачканные штаны.

– Но, может, здесь всё-таки кто-нибудь есть…

– Эй! – крикнул он в пустоту немого затишья. – В этом чёртовом городе есть кто живой?!

Тишина.

– Кто-нибудь?! – крикнул Даниэль снова, но даже эха не раздалось в ответ. Только мертвецкая тишина со всех сторон. – Видишь, никого нет.

Они пошли обратно к пикапу. Сколько тысяч миль они уже проехали на нём и везде встречали одно – серость и смерть. Иногда, очень редко, им встречались города, вполне подходящие для жизни, но в них всё равно никто не жил. От мысли, что они последние, кто остался на этой проклятой планете, у Эбигейл холодело внутри.

– Что с тобой? – спросил Дэнни, когда понял, что она от него отстает. – А, всё из-за этого пепла, – сам же ответил он. – Эта гадость проникает в лёгкие и не даёт нормально дышать. Ты знаешь, какие болезни он вызывает?

– Хочешь меня запугать?

– Нет, хочу, чтобы ты хоть немного, но отдохнула, – он протянул ей руку.

– Ты говоришь как мой отец, – ворчала она.

Даниэль промолчал. Её отец был здравомыслящим человеком, в отличие от его отца.

– Боже, я и забыла, что он тебе нравится, – рассмеялась она и тут же зашлась хриплым кашлем.

– Твой отец – отличный мужик.

Она хотела было что-то ответить, как в кустах рядом с ними что-то зашевелилось.

– Стой! – шепнула она.

– Пойдём отсюда скорей!

– Надо посмотреть…

Не успела она подойти ближе, как из зарослей выпрыгнуло что-то большое и серое. Даниэль оттолкнул девушку в сторону, животное с рычанием бросилось на него. Эбигейл не успела опомниться, как Дэнни уже лежал на земле, а собака, походившая больше на волка, с грозным рыком пыталась прокусить его… Шокер! Он успел вставить шокер в звериную пасть.

– Беги! – крикнул он Эби. – Беги, пока я его держу!

Собака рычала и пускала слюни на побледневшее лицо Даниэля. Не в силах сомкнуть красную пасть, она пыталась раскусить шокер. Вдруг что-то зашипело над лицом парня, и тут же заболело в глазах. Это был перцовый баллончик. Собака взвизгнула и разжала пасть. Даниэль дёрнул на себя электрошокер и, щурясь от слёз, направил его на зверя. Через пару секунд тот уже лежал на земле.

– Быстрее-быстрее! – Эбигейл схватила Дэнни за руку и потащила его за собой в сторону леса, туда, где и был спрятан пикап.

– Ты попала мне прямо в лицо. – Он не видел почти ничего, только расплывающуюся серость перед глазами.