До следующего скопления кораблей оставалось слишком мало времени, чтобы русские канониры успели качественно перезарядиться. Понимая это, капитан повёл свой корабль чуть в сторону, делая словно крюк. Зайдя по дуге на новую цель, русский флагман вновь ударил из всех своих орудий, предварительно били две карронады, установленные на носу корабля. Если бы не они, возможно, что русский флагман и не вышел бы из этого боя победителем. А он победил.

Ещё два захода сделал Ушаков, прежде чем дал команду отходить на свои позиции. Русские могли похвастаться как успехами, так и сожалеть о первых потерях. Из подобных сводных групп, как та, в которой участвовал непосредственно сам адмирал, четыре вышли победителями, но две застряли уже в толчее шведских войск. Схватка не на жизнь, а насмерть уже на палубах русских кораблей. Как бы матросы и офицеры Балтийского флота героически не сражались, численное преимущество было, несомненно, у врага.

— Ваше Высокопревосходительство, с головного корабля ракетных галер делают запрос, что видят цель и могут по ней ударить! — Сообщил капитан флагмана.

— Сигнализируйте им, что они вольны поступать так, как считают нужным. Что за зверь эти ракеты, мне так до конца и непонятно, — сказал Фёдор Фёдорович.

Уже обходя по дуге скопления шведских кораблей, которые начинали разгон на оставшиеся русские корабли, Ушаков увидел, как вновь взлетают ракеты в сторону левого фланга шведской эскадры. В одном залпе было не менее трёх сотен ракет, это были и более габаритные крупные ракеты и малые, в том числе и с горючей смесью. Шведы нарвались. Пусть процент попаданий конкретно по корпусам кораблей у ракет был низкий, с долей погрешности его можно определить, как процентов 13–15, но часто ракеты рвали паруса, прошивая их или взрываясь, от ракет расходились горящие струи, которые поджигали корабль, заставляя команды больше думать о живучести своего судна, чем о войне.

* * *

Адмирал Горацио Нельсон смотрел за тем, как разворачивается морское сражение между русским и шведским флотами. Бледный, как сама смерть, от обострения морской болезни, Нельсон не терял боевого настроя. Вместе с тем, у него недвусмысленный приказ: не встревать в бой, если шведы, как это и предполагалось всеми аналитиками, будут уничтожать русских. Вот и предстояло понять, когда встревать в сражение, или же шведы могут переломить его ход.

Пока из того, что видел англичанин, русские воюют более успешно. А ещё они, как богачи воюют. Столько ракет пустить! А чего добились? Впрочем, при таком количестве ракет, какие-то неприятельские корабли можно даже сжечь или нанести им урон. По крайней мере, русские создали паническое настроение и неразбериху в первой линии шведского флота.

Это позволило русскому адмиралу влететь, словно вихрь, в шведское построение и там показать, как можно смело и эффективно вести морское сражение. Было и то, что адмирал, как сказали бы русские: «намотал себе на ус». Две карронады, стоящие на носу корабля и чуть развёрнутые по сторонам, помогали русским ещё до непосредственного сближения бортами нанести урон противнику картечью. Это дезорганизовывало шведов, и они просто могли чуть запоздать с залпом или же дать его чуть меньшим количеством пушек.

Адмирал пока ещё не понял, как относиться к русским брандерам, которые подошли, чадя дымом из труб, и нанесли существенный урон шведам. Этот факт нужно будет после детально восстановить на бумаге и передать в адмиралтейство. Десять подобных корабликов могли бы создать условия для быстрой русской победы.